Повитуха из другого мира. Пора вылечить тебя, дракон!

— Миледи! Почему вы встали?! — испуганно закричала Кэти, отчего я испуганно вздрогнула и на мгновенье отпустила стену."

"Падение было быстрым и болезненным, лодыжку пронзила стрела, напоминающая разряд молнии. Только этого мне и не хватало, для полного счастья! Горничная с громким стуком поставила поднос на столик и помчалась ко мне, на ходу безостановочно извиняясь и едва не плача. Она помогла мне встать и дойти до постели, её руки на моих плечах дрожали, а за спиной слышались всхлипы. Усадив меня, девушка поспешила склониться в глубоком поклоне, комкая пальцами подол платья.

— Миледи, простите! Я-я н-не хотела… В-вы слабы, и л-лекарь запретил в-вставать… — всхлипывая, бормотала Кэти, боясь поднять голову.

— Успокойся, — прохрипела я, потирая ушибленную лодыжку. Слава богу, растяжение обошло меня стороной. — Я не собираюсь злиться или ругать тебя.

— Правда? — служанка резко подняла голову, глядя на меня заплаканными глазами.

— Да, — я чуть кивнула, боясь делать резкие движения, и попросила: — Дай мне бульон поскорее, я жутко проголодалась.

— Да! Сейчас, миледи! — вспыхнув, как огонёк, залепетала Кэти.

Горничная быстро перетащила столик с едой ко мне поближе, всё ещё вздрагивая и стараясь незаметно вытереть слёзы. Я лишь покачала головой, видя такое беспокойство. Не хотелось размышлять, чего испугалась Кэти больше — моих травм или быть наказанной за моё падение. Тарелка, наполненная прозрачным золотистым бульоном, затмила весь мир. Там плавали мелконарезанные овощи, а также зелень.

Внутри меня вскипела кровь, наполняясь жаждой съесть всё подчистую. Мелькнула кощунственная мысль, что сейчас бы не суп пригодился, а здоровенный кусок мяса. Однако я осадила сама себя, — это было бы слишком тяжело для моего желудка, хоть и вкусно. Тарелка опустела очень быстро, всего пара мгновений, и я смотрела уже на опустевшее донышко.

— Миледи, вы только пришли в себя, — виновато пробормотала Кэти. — Лекарь запретил нагружать ваш желудок пищей.

— Эх, я всё понимаю, — печально протянула я и буркнула в конце: — Но голод только сильнее разыгрался.

— Потерпите пару дней, — попросила горничная, явно чувствуя вину за свои слова. Она покраснела, и не переставая дёргала подол платья.