Повитуха из другого мира. Пора вылечить тебя, дракон!

Боль и тяжесть ушла, оставив после себя лишь чувство утраты. Но я понимала, что оно ещё долго не покинет меня, напоминая о Глории."

"Просыпалась я медленно, лениво и нехотя. Тело всё ещё ломило, кости трещали, словно я подхватила грипп. Только температуры не было, меня согревало тепло, будто рядом лежал большой пушистый кот. Сладостно зевая, я повернулась к этому теплу, пытаясь обхватить руками. Ладони наткнулись на нечто большое и твёрдое, а до ушей донеслось тихое сопение. Я шокировано распахнула глаза, а после удивление сменилось ужасом.

Рейдолир. Дракон своей наглой персоной спал рядом, обнимая меня за талию. Его огромные лапищи были тем, что грело меня ночью. Умиротворённое, но уставшее лицо, мягко освещали солнечные лучи. Первым порывом было закричать и столкнуть наглого ящера, но из горла вырвался лишь хрип. А руки смогли только слабо ударить по груди мужчины, на большее меня не хватило. Однако даже так Рейдолир заворочался, нехотя открывая глаза, и сонно уставился на меня. Весь его вид выражал крайнюю степень усталости и почти заставил меня устыдиться.

— Доброе утро, — пробормотал дракон, широко зевая. — Тебе всё ещё нужно беречь себя и не напрягаться.

— Р-р… — попыталась заговорить я, борясь с болью в горле.

— Р? Что ты хочешь? — непонимающе спросил Рейдолир.

— Р-руки уб-бери, — прохрипела я, таки поборов собственное тело.

— А? Точно, — сначала удивился дракон, а после понял и освободил мою талию. — Привычка, ничего больше.

Я промолчала, понимая, что сил ругаться попросту нет.

Да и плевать, кого он там привык обнимать во сне. Главное — что лапы свои убрал, они очень нервировали меня. Упав на подушку, тихо застонала от боли. Всегда ненавидела болеть, особенно в детстве, когда бабушка заставляла пить отвратительные настойки и обтирала уксусом. Это были её единственные проявления заботы, от которых хотелось лезть на стены. Ведь от настоек к простуде прибавлялись проблемы с желудком, а от уксуса потом я долго пыталась отмыться. Запах преследовал долгие дни, даже после выздоровления.

— Я помню, ты хотела поговорить, — устало сказал Рейдолир, поднимаясь с кровати. — Прикажу подать лёгкий бульон, поешь его, а после снова приду подлатать тебя магией. У нас будет время всё обсудить, Глория. Ты поняла меня?

Я слабо кивнула, не открывая глаз. При мысли о бульоне, ещё и горячем, живот протяжно заурчал. Пусть так, сначала поем, может и горло перестанет так драть. Ей-богу, нет ничего хуже гриппа, даже если ты в ином мире.