Попаданка ректора-архивампира в Академии драконов

Сейчас он даже рад, что он правитель кантона, в хороших отношениях с драконами, главой охраны дворца и может так запросто обратиться за помощью к среднему принцу империи.

«Всё же иногда неплохо быть архивампиром», – с этой мыслью Санаду с хихикающей Клео на руках проходит под аркой ворот.

***"

"Прислонившись к стеклянной перегородке лаборатории лбом, сложивший руки на груди Санаду не стводит взгляда с Клео. В соседней лаборатории она безмятежно спит в восстановительной капсуле, и сквозь прозрачную крышку видно только её лицо и грудь, обтянутую тонкой сорочкой.

Как и предполагал Санаду, здесь всё решилось быстро: Линарэн сразу заинтересовался необычным случаем. Да так рьяно, что Санаду с трудом подавил желание умерить его пыл: средний принц слишком эксцентричен и опасен даже для дракона.

Зато теперь у них есть показания приборов, которые не только подтверждают существование иномирного создания, опоившего Клео отваром неизвестного ингредиента, Линарэну удаётся определить, что магия, пропитавшая отвар, не принадлежит к магической вселенной Эёрана.

Судя по показаниям, она относится к исконной магии инаи.

От этого известия всё встаёт на свои места: они покинули этот мир после победы над Безымянным ужасом – как раз тогда, когда Клео попала в Эёран. Когда инаи открывали переход в свой мир, оттуда в межмировое пространство выпало неведомое существо и прикрепилось к находящейся в переходе Клео.

Даже в проявлениях существа Санаду постфактум находит сходство с инаи: для них характерно умение становиться невидимыми, менять габариты, паразитировать на других существах.

Но главное: Линарэн уверен, что состояние Клео в ближайшее время улучшится, а воздействие магии в веществе слишком незначительно, чтобы повредить её магическому источнику.

В общем и целом, всё неплохо. Но окончательно выдохнуть Санаду сможет, когда Клео очнётся… и перестанет видеть вокруг симпатичные деревья. Санаду морщится, невольно вспоминая, как Клео спрашивала его: «А зачем этому миленькому дереву гогглы? У него такие веточки хорошенькие и ствол…»

Снова кривясь, Санаду не сразу замечает подлетевший к нему самолётик.

Тот раскладывается на ладони, являя нервно прыгающие строки, в которых с трудом распознаётся обычно аккуратный почерк Эзалона:

«Санаду! Ты совершенно безответственный! Никалаэда вышла на крыльцо попить чай с Валарионом. К ним присоединились проходившие мимо демоны.