Попаданка ректора-архивампира в Академии драконов

Хотя в фильмах это выглядело куда проще и эффектнее.

– Вы с ума сошли!

Марк Аврелий соскакивает на стену и перебирается за нами своим ходом. Везёт же ему! Жаль, я так не умею.

Впрочем, к Санаду возвращается потрясающая уверенная твёрдость-пластичность, с которой он кружил меня в танце, словно высота и правда его отрезвляет:

– Ничто так не возвращает концентрацию, как опасность падения.

Оглядываюсь на приближающуюся крышу: край её сильно выступает над стеной, и что-то мне кажется, что выступ перешагнуть будет непросто.

Тихо вскрикивает, роняя зонтик, увидевшая нас прохожая, и Санаду улыбается. Чуть подавшись вперёд, он прыгает. Рывок, миг невесомости, очередной вскрик женщины – и мы приземляемся на тихо цокнувшую черепицу.

Чётко. Точно. Выверенно.

Моё сердце бешено колотится, я прижата к груди Санаду его сильными руками, и он с лёгкой полуулыбкой смотрит мне в лицо, проверяя реакцию.

– Круто! – выдыхаю я.

– Это ещё только начало! – шире улыбается Санаду и вбегает на конёк крыши.

Прокручивается вокруг своей оси, и я опять крепче обнимаю его за шею.

– Уверены, что не упадём? – я почему-то продолжаю улыбаться."

"– Поверьте, я знаю, что делаю. Только Марка Антония подзовите, а то, боюсь, он за нами не угонится.

– Не стоит недооценивать мою белку, – фыркаю я и присвистываю, призывая Марка Аврелия.

– Что, опять хотите поспорить? – смеётся Санаду.

Недоверчиво дёрнув хвостом, Марк Аврелий всё же подбегает. Взбирается по штанине и спине Санаду, устраивается у него на плече рядом с моей рукой.

– Держитесь крепче! – Санаду срывается на бег. Проносится по коньку до самого края и прыгает к соседнему дому.

Марк Аврелий распластывается на его плече, я замираю, наслаждаясь ощущением свободного падения и замиранием сердца.

Приземление снова получается чётким и мягким.

– Как вы это делаете? – удивляюсь я. – Откуда такая плавность? Вампирские способности?

Санаду дёргает головой:

– Работа мышц и телекинеза.

Мы поднимаемся метров на двадцать над крышей – и почти плавно приземляемся на следующую. Снова это восхитительное ощущение полёта, ужас падения – и облегчение в момент осознания, что всё получается. Как на чёртовом колесе или американских горках.