Попаданка ректора-архивампира в Академии драконов

И всё же думаю, Лавий преувеличивает. Не все Неспящие через эти кровавые пиры проходят, иначе девушек бы не отпустили… Или отпустили? Что я знаю о местных, чтобы судить так категорично?

Но и предвзятость Лавия не стоит списывать со счетов.

К счастью, женское общежитие уже перед нами, и приглашать его на чай я не собираюсь.

– Спасибо за информацию, – киваю я. – А теперь мне нужно идти.

Лавий придерживает меня за локоть. Сначала мягко, но едва я оглядываюсь, крепче сжимает пальцы на моей руке. Его зрачки, несмотря на яркий солнечный свет, расширены.

Зло стрекочет Марк Аврелий, раздувает хвост, но Лавий смотрит чётко в глаза:

– Если Неспящие предложат сделку – соглашайся, но сразу сообщи Санаду. Или мне. Соректору Эзалону. Да хоть в ИСБ иди с заявлением. Но не покупайся на их посулы. И не спорь. Не отказывайся категорично. Уверь их в своей лояльности и уходи как можно быстрее. Иначе это закончится твоей смертью.

Мурашки ползут по спине, и что-то как-то тревожно: а не продешевила ли я в сделке с Танарэсом? Этот Лавий ещё не знает, что я одну из Неспящих выслеживать подрядилась, а уже в панике.

– Хорошо, – я высвобождаю локоть из захвата. – Поняла. Буду осторожна.

Поднимаюсь по ступеням крыльца, оглядываюсь: Лавий не сводит с меня странного взгляда.

Кажется, надо черкнуть письмецо Танарэсу.

С этой мыслью я поднимаюсь на второй этаж и прохожу в нашу с Никой комнату. Хомякующейся соседушки нет.

Соскочивший с плеча Марк Аврелий проносится по комнате, проверяя запасы – не только свои, но и Никины.

Жёлто-зелёный кристалл. Кажется, такой лежал на столе Лавия, прежде чем там промчалась вороватая белка.

– Кто здесь? – оглядываюсь по сторонам.

Ну да, глупо выглядит, но кристалл, которого здесь быть не должно, блестит на кровати. Осторожно тыкаю его пальцем – настоящий. Присматриваюсь – это точно кристалл Лавия: скол приметный на уголке, я его пальцем задела, когда поглаживала.

На галлюцинацию не похоже.

– Эй, отзовись! – увереннее требую я.

Марк Аврелий выглядывает из своего особнячка и дёргает ухом: мол, чего разоралась?

– Ко мне, – нервно постукиваю себя по плечу.

Марк Аврелий отвечает недовольным стрекотом.

– Ко мне! – повторяю строже, и он, соскользнув со стола, проносится по полу и взбирается мне на плечо. Надувается и распушает хвост. – Умничка мой маленький, пушистенький сладенький…

Оглядываясь по сторонам, пячусь к двери.