Попаданка ректора-архивампира в Академии драконов

Спасибо за уборку.

Жду вечером, после лекций».

Сердце опять замирает. Я глубоко вдыхаю. Выдыхаю. И достаю приятно тяжёлый браслет с практически невесомым ошейником. Тот мягко струится в пальцах.

Умеет Санаду делать подарки, от которых невозможно отказаться!

– Ну, от кого это? – севшая на кровати Ника подаётся вперёд, нетерпеливо теребит кружево сорочки.

– Это от… Шаантарэна, – неожиданно произношу я.

Вот зачем соврала, а?

– Осторожнее с ним, – сразу серьёзнеет Ника. – Он тот ещё… проказник.

И укладывается обратно в постель.

– Буду осторожнее, – со вздохом обещаю я, натягивая браслет: интересно, как бы Ника охарактеризовала после такого подарка Санаду?

Но поздно менять объяснение… Ну почему, почему я солгала? Зачем?

***

Академия драконов просыпается от грохота.

Свист. Яркие вспышки. Оглушительные канонады пороховых фейерверков. Россыпи цветных брызг. Вой шутих."

"Для мира, где фейерверки создаются магией иллюзий бесшумно, для территории, на которой магия иллюзий не действуют – это страх и трепет.

***

– Нет, ну а что… – с крыльца общежития я вместе с девчонками обозреваю территорию Академии после непонятного ночного происшествия. – Розовый цвет – это мило.

Хотя, возможно, не в таком количестве.

Розовое всё: здания, трава, деревья. Дракон, сидящий на центральной площади и трагично подвывающий.

Только небо серо-голубое.

Когда начало греметь и взрываться, а потом прилетели записки с приказом не покидать комнату, казалось, случилось нечто страшное, и после громогласного разрешения покинуть общежитие, я ожидала чего-то более… катастрофического.

– Это ужасно! – одна из студенток нервно заламывает руки. – Какой изверг это сотворил?

В мыслях сразу встаёт образ Шаантарэна с ведёрком краски и кисточкой. Пристальнее оглядываю перекрашенную в розовое Академию.

– Кошмар просто, – шушукаются девчонки.

– Да, бедный господин Дегон.

– Такой удар…

– Как соректоры это допустили?

– Драконы будут в ужасе.

– Такой удар…

– Они не простят…

Ника молча держится за голову. В окно, частично залитое розовой краской, масштаб происшествия трудно было оценить.

Я чешу пузико сидящего на руках Марка Аврелия и не понимаю общих похоронных настроений.