Погашено кровью

Он получал свои кровавые деньги и очень быстро избавлялся от них. У него не было накоплений, и он не заводил детей. Жене он ничего не обещал и лишь сказал однажды, что если он не вернется, то пусть не ждет. Но каждый раз она ждала, и пока ей везло, он возвращался.

На Пятой Парковой все дома строились по одному шаблону – кирпичные пятиэтажки без лифтов. Это значило, что ему придется засветиться перед любым случайным жильцом. Медведеву казалось это задание странным. В таких домах с крохотными квартирками и смежными комнатами жили обычные смертные обыватели.

Кому может понадобиться жизнь слесаря или инженера?

Вход в подъезд находился во дворе. Медведев остановил свою «шестерку» у дома напротив и выключил зажигание. Он знал, в котором часу объект выйдет из дома, и не торопился. За полчаса до начала операции он уже заходил во двор и проверял подъезд. Все чисто.

В девять двадцать семь убийца вышел из машины и направился к дому."

"Дверь подъезда скрипнула, он вошел внутрь и начал медленно подниматься.

На третьем этаже хлопнула дверь, послышался хриплый мужской кашель, и тяжелые шаги принялись отмерять ступени. Медведев сунул руку в карман. Они встретились на лестничной клетке между этажами. Объект выглядел очень странно. На улице началась оттепель, а он натянул на уши меховую шапку. Вязаный шарф закрывал горло, обмотав его вокруг, а цигейковая шуба и вовсе выглядела смехотворно.

Медведев не имел времени для анализов. Человек прошел мимо и продолжал спускаться. Еще мгновение, и тот очутится на улице.

В манекене была заложена какая-то фальшь. Инстинкт стрелка сработал раньше, чем инстинкт самосохранения.

Он выхватил пистолет и сделал четыре выстрела, больше ему не дали. Они выросли из-под земли и взяли его в клещи. Он только успел заметить, как слетела мохнатая шапка, а под ней мелькнул стальной шлем. Вот почему голова казалась слишком большой. Внизу захлопали двери подъезда, с верхней площадки бежали люди в шинелях. Их было слишком много на одного обезоруженного инвалида.

Медведеву заломили руки и поволокли вниз. Бывший солдат по кличке Гиббон улыбался. Он уже давно перешел границу страха и существовал в другом измерении, там, где не оставалось места чувствам и эмоциям, а жили лишь примитивные первобытные инстинкты. Сейчас его пытались вернуть на землю в среду обитания себе подобных, и ему это нравилось. Он возвращался в тот мир, где от него требовалось сопротивление, где надо бороться, и эта борьба должна проявляться в любой форме.