Граф и гувернантка

Дэниел вопросительно вскинул брови, и Энн сказала:

– Я его порезала. Он набросился на меня, я попыталась вырваться и схватила первое, что попалось под руку. Это оказался нож для писем.

Дэниел с трудом осознал услышанное.

– Я пыталась защититься и просто размахивала ножом, чтобы запугать, но он снова бросился на меня, и… – Энн содрогнулась всем телом, и кровь отлила от ее лица. – Отсюда и вот до этого места, – провела она пальцем линию от виска до подбородка. – Это было ужасно. И конечно, скрыть это происшествие не представлялось возможным.

– Так решили твои родители? – ужаснулся Дэниел, не веря собственным ушам.

– Только так можно было защитить моих сестер. Никто не взял бы их замуж, если бы стало известно, что я не только спала с Джорджем Чевилом, но еще и ранила его ножом. Можешь себе представить?

– Чего я не могу представить, – перебил Энн Дэниел, – так это семью, которая от тебя отвернулась.

– Мы с сестрой тайно переписывались, так что я не чувствовала себя совсем уж одинокой.

– Почтовые отделения, – пробормотал Дэниел.

Энн еле заметно улыбнулась.

– Мне всегда казалось, что лучше отправлять и получать письма в более удаленных от центра города местах.

– Что произошло сегодня? Почему ты сбежала?

– Когда я уехала, он пришел в ярость. – Энн отвернулась и уставилась на какое-то невидимое пятно на ковре. – Хотел, чтобы я предстала перед судом и была казнена, или сослана, или что-то в этом роде.

– Так они поженились?

Энн кивнула.

– Но он так и не оставил мысль о мести. Рана зажила гораздо лучше, чем я предполагала, но шрам все равно заметен, а ведь Джордж был так красив. Я привыкла думать, что он хочет меня убить, но теперь…

– Что? – спросил Дэниел, когда Энн внезапно замолчала.

– Он хочет изуродовать мне лицо.

Дэниел грязно выругался, несмотря на присутствие леди, не в силах сдержать поток рвавшихся на волю отвратительных выражений, и процедил:

– Я его убью!

– Нет, – возразила Энн, – ты этого не сделаешь. После того, что случилось с Хью Прентисом…

– Вряд ли кто-то заплачет, если я сотру Чевила с лица земли, – отрезал Дэниел. – Я даже не беспокоюсь на этот счет.