Победить Викторию

Прилетел сюда, в Москву, за мной, представляешь? Узнал как-то адрес и вчера объявился на пороге. Ты маме не говорил, куда я еду?

В трубке тишина. Ну все ясно! Спасибо, пап!

— Я только сказал, что Володя за тобой присмотрит. Вот и все. Она же волнуется за тебя.

Ловлю себя на мысли, которая мне очень не нравится. Две трети разговора обсуждаем маму. Будто других забот у нас нет.

— Давай оставим эту тему. Ничего все равно не изменится. И, пожалуйста, не рассказывай ей больше ничего обо мне. У меня новая жизнь, пап. И другие заботы.

Сейчас поговорю с тобой и буду разбираться с переводом. Потом посмотрю работу, хотя кто ее ищет перед Новым годом… И я очень жду тебя, пап. У меня же больше никого нет, кроме тебя. И у тебя есть только я.

Не сразу смогла после нашего разговора переключиться на уборку. Хотя основное мы с Морозовым сделали вчера. Кухня просто очень грязная, ее надо лишь отмыть, выбрасывать тонну ненужных вещей вряд ли придется. Скорее, так, по мелочи. Но сначала надо позвонить в «Вышку»!

Если не пройду, по крайней мере буду точно знать и не тратить сил на переживания.

И так перенервничала за последние сутки. Учеба важнее и шпаны в окне, и заботливого Морозова, от которого в дрожь бросает и хочется сбежать. Но сначала — врезать ему хорошенько, чтобы не смотрел и не касался меня. Как подумаю, сколько через его руки прошло девиц! Да и впереди очередь наверняка приличная.

От ненужных мыслей отвлекает гудение телефона. Скалкина! Наконец-то!

— Вика! Вика!

Сквозь уличный шум разобрать другие слова не получается, лишь по тону понимаю, что Тамара очень довольна.

Похоже, мой ответ она тоже не слышит, поэтому через несколько минут перезванивает, уже находясь явно в более тихом месте.

— Ты звонишь сказать, что возвращаешься с Холодовым обратно, верно? — спрашиваю я, рассматривая вещи Скалкиной на стуле. — Как, кстати, конкурс прошел?

— Конкурс — отлично! Я прошла, представляешь? Но Ярослав… он… Да, мы возвращаемся. Мы заедем сегодня за вещами. Ты никуда уходить не собираешься? Скажи, у тебя-то все хорошо? Вчера Морозов ведь тоже прилетел в Москву, да?

— Да, но все хорошо, Тамар.

Не волнуйся за меня. Саша сегодня возвращается домой, он уже в аэропорту, наверное.

— А что он хотел? Ты прости за такой вопрос, просто я переживаю. Ярослав, правда, говорит, что это за Морозова надо волноваться, но ты же знаешь чувство юмора…

— …твоего приятеля? Да, оно специфическое, его пары я долго еще помнить буду… Морозов хотел, чтобы я вернулась домой, полагаю.