Пляска в степи

Выйти из темных гридниц терема, где он пропадал вечерами, на белый свет. Остудить горячие головы в реке-матушке, попрыгать по снежку, поваляться, погреться подле костра, поглядеть на яркое солнце.

Все лихое, недоброе осталось позади них, где-то в тереме. Кмети да отроки улыбались, смеялись друг над другом, с громкими криками ныряли в прорубь. Еще и спорили, кто дольше продержится, кто больше раз уйдет под воду с головой. От проруби поднимался пар, и, того и гляди, своим задором дружинники согреют даже воду.

Лед уж точно начнет скоро плавиться. Чеслава завидовала, но старалась не отчаиваться. В другом она от князя никакой обиды али ущемления не знала. Воспретил так воспретил, она переживет, не маленькая. Мог вообще ей велеть в тереме остаться, вот тогда она взаправду пригорюнилась бы.

Уже искупавшиеся гридни громко и шумно говорили, прыгая вокруг костра. Они похлопывали себя по бокам и плечам, растирали кожу до жарких, красных пятен. Немудрено, что много девок пришло нынче прогуляться по холму, по которому кмети спускались к реке.

Оттуда как раз все можно было хорошенько разглядеть: и берег, и мужей в нательных рубахах. Чеслава изредка поглядывала в сторону хихикавших, глазастых девок и усмехалась. Даже злословить особо не хотелось, такой уж выдался день.

Когда к костру подошел вымокший до нитки кметь Горазд, воительница приметила, что у того рубаха почти никак не была украшена. Обычно ведь клали на тканину добротный обережный узор, пускали его плотной вязью по вороту, подолу да рукавам.

Чеслава в тереме на княгиню насмотрелась. Дай той волю, она бы князю всплошную всю рубаху знаками, отводящими беду, расшила бы.

Неужто не было у бравого молодца любушки, которая бы ему рубаху украсила?..

Кажется, задумавшись, она засмотрелась на кметя. А когда тот поднял голову и поглядел на нее в ответ, Чеслава тотчас отвернулась, поспешно перевела взгляд на реку. Щеки у нее покраснели, словно у немужатой девки, но то, знамо дело, от легкого морозца да ветра, задувавшего от воды.

Когда кмети принялись скидывать прямо в снег промокшие рубахи да портки и натягивать теплую одежу, смешливых девок с холма как ветром сдуло. Чеслава тоже старалась на кметей не глядеть, да вот только развеселившиеся парни в своих насмешках друг над другом все живописали в ярчайших красках. Под конец даже бравая воительница смутилась, наслушавшись их глупой болтовни.

— Да уж, не зря от тебя девки уворачиваются, зашибешь еще ночью ненароком.