Перстень Иуды

Я разнюхал: у него в подвале сейф, размером со слона. А дверь в подвал из железа. Гуща покрутился, покрутился, да ушел с пустыми руками. А вчера Гофман большую партию товара закупил…

– Откуда ты знаешь? – удивился Седой.

Гном быстро зыркнул острым взглядом.

– Запомни, за такие вопросы язык отрезают! Вместе с головой! Короче, днем надо налетать. Правда, без «мокрого» опять не обойдется: там два охранника с волынами… Что молчите?

– Стремно больно… – глядя в сторону, произнес Скок. – Они из агентства Пинкертона, волкодавы! С такими шутки плохи.

– Так и куш большой! Или ты хочешь на Софке лежать, а брюлики и рыжье пусть принесет дядя? Не бзди, я все продумал! Седой с Игнатом заходят, при волынах, начинают, вроде, товар смотреть. Я приведу двух бакланов, они у входа драку затеют, витрину разобьют… «Пинкертоны» твои выскочат, мы их и возьмем в клещи с двух сторон – изнутри и снаружи. Положим обоих, пацаны цацки соберут и рвут когти… Мы со Скоком прикрываем…

– А Гофман? А продавцы? А приказчик? А посетители? – спросил Игнат, который целый вечер молчал.

– И потом, какие из нас, с нашими рожами и одеждой, покупатели брюликов? – добавил Петр, которому план тоже не понравился. Главным образом потому, что весь риск сваливался на них с Игнатом. Они «светятся» внутри магазина, первыми попадают под стволы охранников, да и убивать «пинкертонов» тоже, скорей всего, им придется…

Гном отмахнулся, как от жужжащих мух.

– Ерунда. Тогда так сделаем: Седой пришел вроде свое колечко оценить, это правдоподобно… Я вам парики принесу, усы наклеете – никто не узнает… А потом выскакиваете, и с нами в пролетку! Оторвемся, куш раздербаним, и кто куда!

Петр перехватил его напряженный взгляд и совершенно точно понял: никакого дележа не будет! Гном решил чужими руками сделать дело, а потом грохнуть их с Пыжиком. А может, и Скока тоже… Или и того проще: когда они с «пинкертонами» постреляют друг друга, войдет, заберет добычу и «сделает ноги»…

– Лучше по-другому забацать, – неожиданно для себя сказал он.

Наступила тревожная пауза. Получилось, что сопляк Седой выступил против пахана. И хотя каждому было ясно, что его план лучше, никто не знал, чем такое выступление обернется.

– А что, правильно! – обрадовался Игнат.