Падение Хана

В угоду тому, чтобы когда-нибудь Эрдэнэ стала частью империи Дугур-Намаевых. Только ради нее, только ради мальчиков он будет дуреть от этой боли сам, он будет предавать память Ангаахай, и он заставит всех поверить, что его жена жива. Даже если это разорвет его отношения с дочерью окончательно. Что ж, как-то раньше он жил без этих отношений и сейчас проживет.

Пересек мостик, не глядя на лебедей, и направился ко входу, но прежде, чем войти, прислушался — Эрдэнэ читает сказку малышам или рассказывает. Ее чистый голос такой певучий, такой нежный вызывает трепет в душе, вызывает желание обнять ее и прижать к груди.

""— Ты когда-нибудь обнимаешь ее?

— Кого?

— Твою дочь…

— Да…наверное…не знаю. А зачем?

— Для полного счастья человека нужно обнимать восемь раз в день.

— Восемь?

Посмотрел на золотоволосую колдунью и привлек к себе за руку.

— Восемь — это ничтожно мало.

— Восемь. Но ты обними ее хотя бы один раз, и она будет счастлива…покажи ей, что ты ее любишь""

— Когда-то очень давно на свете жил очень страшный и дикий волк, он прятался в старой пещере, завешанной шкурами убитых им врагов.

О, малышка Эрдэнэ…он ее не просто выкрал. Он ее купил. В мерзкой и отвратительной сделке. Ты даже не представляешь, какое гадкое и безобразное изнутри существо этот твой одинокий серый волк.

— Волчица не испугалась волка, а наоборот, полюбила его, и своей добротой и чистотой заставила волка чувствовать, пробудила в нем эмоции, пробудила в нем все самое лучшее.

Хан толкнул дверь, и голосок Эрдэнэ стих. Она не читала, она держала на руках Галя и рассказывала сказку Лану, который собирал башню из цветных кубиков.

— Папаааа, — воскликнула она, подскочив на месте, сияя от радости. Он пришел их навестить, а это случалось так редко. — Папа…ты приехал. Сейчас я скажу Сюзанне, чтоб она накрыла на стол.

— Здравствуй, дочка.

Посмотрел на сыновей. Ни один из них не шелохнулся, чтобы подбежать к нему и поприветствовать. Лан продолжал невозмутимо складывать замок, а Галь спрятался за Эрдэнэ и даже не подсматривал. Внутри где-то посередине груди больно кольнуло, как тонкой спицей, вошло очень глубоко и там и застряло, не принося облегчения.