Отброс (СИ)

Моя подруга из института. Она подрабатывала официанткой в свободное время, поэтому, неудивительно, что я застала ее тут, в черно-белой форме.

Она вышла из-за угла, осторожно оглянувшись.

— Извини, я не хотела подслушивать. Мне нужно было вернуться в зал и я случайно наткнулась на вас. Он что, психопат? Как твоя рука… боже. — она ахнула, не закончив, и я опустила взгляд. На запястье наливалась синим пятерня. С такой злостью этот урод сжимал меня. — тебе принести лед?

— Все в порядке. Не надо. — ответила я. Перед отцом этот ублюдок не так плохо вел себя.

— Я могу задержаться. — ответила Лианн. — Но я вообще хотела найти тебя по другому поводу. Мой парень сказал сегодня мне кое-что. Это касается тебя. Лучше присядь.

5

— Куда? — поинтересовалась я. Тут не было стула.

— Я фигурально выражаясь, Ассоль. Хотя, идем. — она взяла меня за руку, повыше синяков и повела куда-то вглубь. Когда она открыла дверь в тесную комнату, я увидела кучу раковин и чистых тарелок стопкой.

Лианн усадила меня на стул, и, достав из крохотного шкафчика чашку с рисунками, так отличающуюся от посуды здесь, налила мне туда кофе из термоса. И сразу, похоже, взяла быка за рога:

— Ты ведь знаешь, что мой брат работает в той самой тюрьме, где сидит сын Винтеров? Он охранник.

— Я помню. И? — я слышала об этом, когда на всю страну гремело то громкое дело. Лианн тогда сказала, что тюрьму неделю осаждали журналисты и ее брат даже засветился на телевидении.

— Эш Винтер вышел. Он видел его на днях.

С последними словами подруги, я ощутила ледяной страх, медленно скользнувший, как змея, в самое сердце и ужаливший его. В последний момент я опомнилась, сжав в руках кружку, которая едва не выскользнула на пол.

— Он же должен сидеть еще долго. — вырвалось у меня с выдохом. Много-много десятков лет. За то, что он натворил, за все свое безумство.

— Понятия не имею, почему его выпустили, но это произошло.

Я мотнула головой.

— Плохо. Расскажи ему. — произнесла Лианн, а я ничего не ответила ей. Рассказать? Это не та история, которую можно б было рассказать вечером за ужином. Мне говорили никогда не приближаться к сыну Винтеров, а я это правило однажды нарушила. Это знают несколько человек, а мой отец, ради его же безопасности — нет. Не успела я подумать об этой безопасности, как подруга продолжила: — Это ведь опасно.