Остров Бешеного

В конце рабочего дня Андрей позвонил Рокотову-старшему:

— Михаил Никифорович, это майор Воронов. Приветствую вас, товарищ полковник.

— Добрый вечер, Андрей, отчего такой грустный?

Есть проблемы?

— Мне очень нужно переговорить с шефом. У него завтра найдется для меня окошечко?

— Сейчас посмотрю: повиси на телефоне… — доброжелательно предложил помощник генерала.

Воронов приготовился к долгому ожиданию и был несколько обескуражен, когда услышал знакомый бодрый баритон Богомолова:

— Привет, Воронов!

— Здравия желаю, Константин Иванович! — не сразу ответил он.

— Как себя чувствуешь, майор?

— Именно об этом мне и — хочется поговорить с вами, товарищ генерал.

Ровно через полчаса Воронов вошел в приемную. Увидев его, Михаил Никифорович сразу сказал, как бы предупреждая лишний вопрос (в комнате, несмотря на конец рабочего дня, ожидало приема несколько человек в гораздо больших чинах, чем Андрей):

— Проходите, товарищ генерал уже спрашивал о вас.

Ни на кого не глядя, Воронов постучался в кабинет Богомолова:

— Можно?

— Входи, майор. — Генерал встал из-за стола и вышел к нему навстречу. — Ну, здравствуй, герой! — обнял его за плечи. — Садись сюда, — кивнул он на кресло у журнального столика — здесь Богомолов разговаривал только с теми, к кому относился с уважением и симпатией. — Рассказывай, какие проблемы?

Воронов честно поделился своими бедами. Генерал, внимательно слушавший его, предложил:

— А может, тебя, майор, в отпуск отправить? Куда-нибудь в теплые края? Конечно же, с женой и сыном?

— Не подходит, товарищ генерал!

— Зачем так официально? Генерал, генерал… Давай попроще, мы ж не на официальном приеме, — призвал Богомолов.

— Тогда и вы попроще, а то майор, майор. — Воронов улыбнулся, подумав, что машинально передразнил шефа.

— Ну вот теперь узнаю старого вояку, а то сидит, точно засватанный, — усмехнулся и Богомолов. — Почему не подходит отпуск, Андрей?

— По двум причинам, Константин Иванович.

— Так что же ты предлагаешь?

— Мозгами пошевелить хочется.

— Мозгами шевелить — дело хорошее… — задумчиво проговорил генерал, барабаня по столу.