Опасная красота. Поцелуи Иуды

Они снимают изнасилование на пленку, чтобы были доказательства — чтобы уж наверняка…

Острая боль пронзила руку — он вгрызся заострившимися зубами, распластывая меня по битому стеклу, но в следующее мгновение я, с мокрыми от слез глазами, задыхающаяся от паники и животного страха, почувствовала, что Дино Росси меня больше не держит.

Суровые нравственники в черной форме, вломившиеся в особняк, оттащили его от меня и швырнули прямо на каменные плиты пола.

— Академия Вампиров — территория личных владений самого князя Константина Леоне! — взвизгнул Росси, поднялся, и, взмахнув кистью, запросто отбросил несколько полицейских прямо на стенку.

Каждый темный имеет свой дар, свой талант, чем чистокровнее и знатнее вампир, тем элитнее его сверхспособость. Близнецы Дино и Лудовика Росси обладали телекинезом.

И, точно во сне, я увидела, как в спальню вошел сам кардинал Коул Тернер. Синие глаза его напоминали ледяное пламя ада — девятый круг, не меньше. Росси вытянул в его сторону руку, пытаясь воспользоваться своим даром, но ничего у него не вышло — похоже, на Его Высокопреосвященство способности вампира не действовали.

— Значит, подосланная бейба была, — протянул Росси, подняв в воздух огромный шкаф и безуспешно пытаясь скинуть его на кардинала. — А я поверил — глазки такие наивные… Вы же в курсе, что ступили на чужую землю, Ваше Высокопреосвященство? Что не должны были вмешиваться, хоть бы я тут вашу шлюшку на кусочки резал? Если вы арестуете меня сейчас, кардинал, то проститесь со своим саном.

Я ожидала, Тернер в своей хладнокровной манере зачитает ему статью обвинения, но никак не того, что вместо этого кардинал, обычно такой спокойный и выдержанный, ударит Росси в лицо. Еще, и еще раз, с неожиданной для него яростной жестокостью повалит на пол и станет избивать его ногами, остановившись лишь, когда, прекратив сопротивляться, парень свернётся на плитках калачиком, прикрывая голову и вздрагивая от каждого удара.

Нравственники заломили ему руки за спину, защелкнув на запястьях серебряные наручники, а его Его Высокопреосвященство шагнул ко мне и подал обе руки, вытаскивая из груды осколков журнального столика.

Тонкое шифоновое платье, в которое меня нарядила Сабина Альмади, было порвано прямо посередине — уродливая прореха обнажала скрутившийся от поползновений Росси бюстгалтер и мой голый живот с пересекающей его багровой царапиной.