Опасная красота. Поцелуи Иуды

Миллион лей. Миллион лей за одну ночь со мной.

Ведь он увидит мое лицо. Святые, мне хочется умереть от одной только мысли об этом…

Небеса, что, что происходит? Что произошло? Что будет со мной?

— При одном условии — маску она не снимет, — пытаясь казаться спокойной, проговорила Диофант, кажется, еще не вполне отойдя от размера выложенной Троем за меня суммы. — Нам важно оставить ее личность в тайне.

Когда она брала купюры со столика, руки ее едва заметно дрожали.

— Ну, разумеется, — не слушая, Кастор Трой широко улыбнулся и поднялся с дивана, направляясь прямо ко мне.

Ты зажмурься и лети…

Лети — куда-то в бездну. Вниз. В темноту.

Моника, падай…

Тебе уже не выбраться…

— Никаких имен, офицер Трой… — проговорила мистрис, жадно пересчитывая красные бумажки, и пряча их где-то в области корсажа. — Вы же понимаете…

— Да ладно, пусть скажет, — он взял меня за руку и прокрутил вокруг своей оси. — Могу накинуть еще сотку.

— Ника. Девочку зовут Ника.

— Это уж как пойдет, — хищно ухмыльнулся Трой, а я чуть не взвыла волком — раздирающе и тоскливо. — Ника…

Пропустив меня вперед, он шел за мной, и, поднимаясь по лестнице, я каждой клеточкой тела чувствовала его взгляд. Разумеется, это был Кастор Трой и кто бы сомневался, что ему отдадут самые роскошные апартаменты во всем пансионате, оформленные каким-то именитым дизайнером интерьеров.

Но мне было вовсе не до того, чтобы разглядывать черные кирпичные стены и декоративные панно, футуристические светильники и пурпурный ковер на темном полу, а еще огромную низкую кровать с мягким бордовым изголовьем…

Раздражающий красный и стильный черный, преобладающие в колере спальни, ясно говорили, что она предназначена отнюдь не для отдыха.

Я замерла на ковре, словно сотканном из окровавленных роз, опустив глаза долу, не в силах не то, чтобы поднять взгляд — просто вдохнуть полной грудью, все еще до конца не веря в реальность происходящего.

Но он был реален, Кастор Трой был неумолимо, безнадежно реален, когда вольготно развалившись на оттоманке, сунул сигарету в уголок рта, и сказал: «Прикури»."

"Я беспомощно оглянулась по сторонам, и тут заметила на журнальном столике черный прямоугольник зажигалки. Яркое пламя танцевало в моих дрожащих пальцах, когда я наклонилась к Трою, ну и, само собой, я была не я, если б не выронила зажигалку, и она не завалилась далеко под оттоманку.