Она - новенькая

— Да мне вообще индифферентно, с кем там Марика терлась!

Ася открывает дверь. Сэм прокашливается, заминая грубые слова.

— Просто я не глухой. А такие вещи — они «фонят». И если это как-то вытащит Шагалова, молчать я не стану.

Мы идем следом за ним, в их комнату. И тоже останавливаемся у двери. Входить девочкам в комнату мальчиков запрещено. Под потолком камера. Мне сейчас все равно. Но лучше не нарываться, мне надо другие задачки «порешать», как говорит папа.

Сэм заходит, оставляя дверь открытой.

— Раф! К тебе гости…

— Прием будет открыт вечером, — сонно.

— Выйди. Это важно.

Мы отходим к окну в коридоре. Дагер выходит в шортах с голым торсом. Мальчиков за это постоянно ругает Алла. Но они все равно ходят так по утрам.

— Ася?!

Долго и нудно уговариваем сонного Рафаэля слить нам их переписки с Марикой.

— Я не могу! — просыпается он мгновенно, понимая, какие именно переписки мы от него хотим. — Это зашквар!

— Зашквар — это твоя игра на новеньких, Раф. Тебя не смущало выкладывать в чате видео, так ведь? — нервничает Ася.

— Да, блин… — страдальчески хныкает он. — Ну я ж покаялся!

— Дашь или нет? — рассерженно.

— Рафаэль, — вмешиваюсь я. — Максу грозит до восьми лет.

— Ну как это поможет-то?!

— Он его избил, за то, что Антон обидел меня, когда я слепая была. Увел в лес… и… там… — мямлю я, оскаливаясь. — Насильно трогал меня.

— Ну, трындец! Стоцкий — отморозок! Скотина… — передергивает его. — Правильно Макс его уработал.

— Моих показаний недостаточно.

— Слушай, давай я с ней поговорю? Ну это же дичь!

— Сэм уже говорил, — вздыхает Ася.

— У нас конфликт, Раф, не скажет она, — отмахиваюсь я. — Мне надо на нее надавить. Иначе, дело на Стоцкого не заведут. А Макса посадят.

— А если заведут, то не посадят?

— А там — дашь на дашь, — хмыкает Ася. — В лучших традициях «Швейцарии». Взаимно замнется.

— Ладно… — сдается Раф.

Скринит мне переписки в личку.

— Не читай, Албанцева. А то Шагалов и мне голову пробьет.

— За что?

— За совращение, — нажимает мне на нос.

— Ой! — закатываю глаза. — Тоже мне — герои-любовники… Одно и тоже пишите… — читаю скрин, качая головой. — Слово в слово! Скучно!

Ася, хихикая, покрывается румянцем.

— Чего?! — обескураженно морщится Раф.

— Яна! — зовет меня с другого конца коридора Алла. — Мама приехала.