Нищенка в Королевской Академии магии. Зимняя практика 2

— Мы тоже здесь, — кинул Линдс."

"— Вижу. К каждому из вас у меня есть разговор, — обвел парней взглядом. Даже Ферт стал серьезным и сосредоточенным, когда их взгляды пересеклись, словно парни успели беззвучно пообщаться и друг друга понять. А мне стало ясно, что Рэй не из-за меня подошел к нашему столу, ему нужно было пообщаться с друзьями. Подавила вздох разочарования.

— Вы общайтесь, а мне пора идти, — отодвинула стул, но встать мне не дал Рэй, накрыв ладонью мою руку.

— С тобой мы сейчас кое-куда прокатимся…

Глава 4

Лариана

Перед глазами встает богатое, но очень тесное для нас двоих убранство герцогской кареты.

Как бы мне в прошлый раз ни понравилось на ней кататься, с Рэем наедине я оставаться не желаю, тем более куда-то ехать.

Пытаюсь вытянуть свою руку из-под тяжелой ладони, но пальцы Тетстена сильнее сжимаются, удерживая на месте. Элия буквально испепеляет меня взглядом. Какими стихиями она владеет? Помню, что их две, но не знаю, какие именно. Не хотелось бы поджариться на стуле или превратиться в ледяную статую, если у нее сорвет контроль.

Как бы я ни относилась к Элии, боль ей причинять не хочу. Рэй бесчувственный упырь, обсуждает помолвку с девушкой, договаривается, а ведет себя так, будто она для него никто. Я не смогла бы терпеть такое отношение всю оставшуюся жизнь. В то, что Тетстен после свадьбы изменится, станет любящим, верным семьянином, заботящимся о супруге, мне не верилось.

Зачем я об этом думаю? Элию, видимо, все устраивает, пусть и дальше терпит.

— Я никуда не поеду, у меня сейчас занятия, — все-таки вырвала руку, но это скорее он уступил, а не я такая сильная. Крылья носа Рэя раздуваются, кадык резко дергается вверх. Пока он пытается взять под контроль свою злость, решаю сбежать.

— Иди тепло оденься, — бросает командным тоном. Он просто невыносим. Никогда не думает о чувствах других, привык доминировать во всем. Не успеваю возразить, он продолжает: — Я не просто так забираю тебя с занятий, — поясняет значительно тише, но каждое слово выдавливает сквозь зубы.

 — Нужна твоя помощь… Филлиусу, — последнее слово подчеркивает интонацией, пробуждая глубокое чувство вины.

Неужели домовику стало хуже? Не хочу даже думать, что его может не стать.

— Что с Филлиусом? — страх и тревога бьют по натянутым нервам. Я не забыла, как домовик рискнул своей жизнью, пусть и призрачной. Конечно, если я смогу его спасти, не буду раздумывать ни секунды.