Никому о нас не говори (СИ)

Вытянув вперёд руки, скрываю своё пунцовое лицо за розовым плюшевым полотном.

Секунда тишины, а потом слышу очередное хмыканье:

— С принцессой... Чудно.

Вздохнув, я перестаю держать плед перед собой. Быстро складываю его и, буркнув:

— Другого нет, — кидаю на диван к Тимуру.

Теперь мне негде прятать глаза, которые так бесстыже минуту назад пялились на полуголого Горина. Приходится всё-таки посмотреть на него. А он уже в одежде и, откинувшись всем телом на диван, недовольно щупает плед с изображением какой-то диснеевской принцессы.

Ну уж лучше ворчливый Тимур, чем какие-нибудь подколы, что я пялилась на его голое тело.

И, пока он занят оценкой пледа, я достаю из своей сумки то, что не должно вызвать у господина Горина недовольства или ехидного хмыканья.

— Я принесла тебе поесть, — демонстративно громко ставлю на стол два небольших контейнера.— Будешь?

И Тимур тут же оживляется. Не вставая с дивана, вытягивает шею, заинтересованно смотря на контейнеры.

— А что там?

— Котлеты и макароны, — констатирую осторожно.

Но нет. Я и глазом моргнуть не успеваю, как он уже у стола и открывает один из контейнеров. Тимур нюхает те самые котлеты, а я вижу, как его кадык резко дёргается вниз, и слышу шумное сглатывание.

Не говоря ни слова, он плюхается за стол, ставит перед собой контейнер, тянется к вилке, что лежит рядом, и вонзает её в одну из котлет. А потом Тимур вонзается в неё же уже зубами.

— Они же холодные, надо разогреть, — аккуратно предлагаю я.

— И так сойдёт, — бормочет он.

Тимур проглатывает первую котлету в два укуса. И теперь на вилку наколота уже вторая «жертва». А я присаживаюсь на стул напротив. Ошеломлённо наблюдаю, как у Тимура чуть ли не закатываются глаза, когда он беспощадно вонзает зубы в котлету.

— Вкусно? — тихо срывается с моих губ, хотя ответ и так очевиден.

Горин тут же поднимает глаза, а они аж блестят.

— Да. Чёрт, это просто бомба!

Насильно держу уголки губ на месте. Мои щёки краснеют. Я знаю, что готовлю весьма неплохо. Мама обычно хвалит мои кулинарные эксперименты, но реакция Тимура — это что-то другое. От неё мне хочется разулыбаться во весь рот.

— Всего лишь котлеты. Не фуа-гра, конечно… — как бы равнодушно веду плечами. Понимаю, что выходит наигранно, но ничего поделать не могу.