Невеста

Это больше по моей части.

— У него, кажется, появилась девушка. Она ему звонила, пока мы были на балконе.

— Серьезно? Интересно, кто?

— Непривычно было слышать его голос именно таким.

— Каким?

— Он ее имя произносил по-особенному, понимаешь? Как будто у них есть связь. Ничего мне, кстати, не рассказывал. Засранец.

— Вот видишь. Значит, по секретам вы квиты.

— А вы?

Давид медлит, некоторое время. Его голос звучит уверенно, видимо, что Дава много думал об этом:

— Я знал, что как только Савелий повернется к миру лицом, его жизнь изменится в лучшую сторону.

— Даже если он никогда это не признает?

Мы обнимаемся и провожаем глазами белый Мерс Савелия.

— Я думаю, мы еще встретимся.

Глава 44

Дорога к границе и через границу тянулась бесконечно. Выматывала.

Давид снял ближайший отель, и я, едва переступив порог номера, почувствовала себя опустошенной. Мальчишки мои — не из тех, кто умеет сидеть тихо. Я не сторонница сладкого без повода, но пришлось капитулировать и выдать им леденцы на палочке.

Потом еще пришлось сделать крюк и забрать Киру, которую перевозили в машине. Безумный день.

— Можно я никогда больше не буду путешествовать? — ворчу Давиду, пока он втаскивает в комнату уставших, но не сдающихся детей.

Почему во всех сериалах малыши сидят смирно и улыбаются? Как их заставили быть тихими и всем довольными?!

Давид усаживает близнецов на диван, расплачивается с консьержем.

— Кушать, мыться и Спа-а-ать, — тяну. — Сладко и много!

Давид смеется:

— Еще только половина третьего.

— Лучше помоги мне.

Я чувствую, как раздражение поднимается к горлу. Первая мысль — душ, и я тут же устремляюсь туда, прячусь, как в бункер. Горячая вода долго льется по спине, но напряжение уходит не сразу.

А когда я все же возвращаюсь к семье, застываю в дверях:

Тихо.

Дети действительно притихли! Сидят, слушают своего папу.

Он вполголоса смеется:"

"— Что, еще разок? Мама наша там не растет случайно?.. Ладно, у нее была фора. Ром, ты же знаешь, я не помню мамины считалки, это она у нас профи и главная по образованию.

Детишки тянут ему ладони, и мое сердце сжимается от умиления.

— Хотите еще? Уверены? Хорошо, давайте пробовать.