Ошибка леди Эвелин

Он отвернулся и молча курил, глядя в отмытое до прозрачности окно. Ночь легко преодолевала невидимую стеклянную преграду, заглядывая в столовую, как голодная приблудная кошка, рассчитывающая поживиться лакомым кусочком. Лицо мага было мрачным. Высокий лоб глубокими бороздами пересекли морщины.

– И что вы будете делать дальше? – не поворачиваясь, негромко спросил Каллеман. – После того, как получите свободу и окажетесь в полном одиночестве?

Голос его звучал как-то странно.

– Сниму комнату и найду работу, – не задумываясь, ответила я.

А что? Это было моим самым заветным желанием. Наконец-то ни от кого не зависеть и самой зарабатывать деньги. Не чувствовать себя обязанной, не унижаться, не быть должной. За годы своего сиротства я слишком хорошо узнала, как горек хлеб чужих «благодеяний», и теперь, при одной мысли, что не придется больше ни под кого подстраиваться, душа радостно встрепенулась, и сердце забилось сильнее.

Самостоятельная жизнь представлялась мне необыкновенной и чудесной.

Я словно воочию увидела чистенькую комнатку с узкой кроватью, маленьким половичком и веселыми ситцевыми занавесками на широком, разделенном свинцовым переплетом, окне. И герань в горшочке увидела – мохнатую, с кружевными по краю розовыми цветами, с жирными сочными листьями и крепкими черешками. Она плотно сидела в расписном голубом горшке, сытая и благодушная.

Раньше, у леди Вонк, я часто мечтала по ночам, какой будет моя жизнь после того, как мне исполнится двадцать один, и я уйду от благодетельницы.

И каждый раз мне виделись разные картинки. То я была сотрудником магической метеостанции на дальних рубежах империи, то работала в каком-нибудь магазине одежды, или даже в Модном доме, то служила на почте, сортируя посылки и письма из самых разных уголков мира, но одно в этих мечтах оставалось неизменным – небольшой горшочек с пышной, обильно цветущей геранью, стоящий на залитом ярким солнцем подоконнике.

– Сколько вам сейчас? – голос мага развеял видение маленькой комнатки с душистыми цветами на окне.

 – Девятнадцать? И вы всерьез уверены, что сумеете найти нормальную работу? Без образования, без достаточного уровня магии, без рекомендаций? Не будьте такой наивной, миледи. Пока вам не исполнится двадцать один, максимум, на что вы сможете рассчитывать, это на какую-нибудь простую низкооплачиваемую должность.

Каллеман поднял руку, останавливая возражения, смял сигарету и резко сказал:

– Договоримся так.