Некровные узы

Ваня лукаво на меня глядит и поднимает свой бокал вверх:

— За наш первый совместный отпуск.

Я смеюсь тому, как это звучит. Чокаюсь с Ваней и делаю небольшой глоток прохладного алкогольного напитка. Иван склоняется к моему уху:

— Наш следующий отпуск будет летом и в жаркую страну.

— Я так далеко не планирую.

— Куда бы ты хотела поехать летом?

— Ваня, я не планирую так далеко, — со смехом падаю лбом ему на плечо.

— Как насчет Португалии? Ты была там?

— Не была.

— Тогда Португалия, — произносит решительным тоном.

«Я с тобой хоть на край света», говорю мысленно и обнимаю Ваню."

"Через два с половиной часа мы приземляемся в моем родном городе. Берём такси и едем в квартиру моих родителей, в которой я выросла. По дороге оба смотрим в окно. Ваня с любопытством, а я с ностальгией. Я люблю свой город, в котором прожила до восемнадцати лет. Даже не знаю, почему решила уехать учиться в Москву. Можно было остаться и здесь. Поддалась моде, что ли. В школе считалось, что если ты уезжаешь учиться в Москву или Питер, то ты крутой.

Как только мы переступаем порог родительской квартиры, на меня наваливается бетонная плита из воспоминаний и боли. Здесь прошло мое детство, самые счастливые годы моей жизни. Также здесь я горько плакала, когда не стало родителей. И здесь я была ошеломлена, когда обнаружила среди кипы документов свидетельство о своем удочерении.

— Это была моя детская комната, — завожу Ваню в свою спальню.

Он оглядывает ее с легкой улыбкой. На стенах персиковые обои, большая кровать заправлена розовым пледом, на полу мягкий-мягкий ковер.

— Очень мило, — выносит вердикт. — Ты была прям девочка-девочка.

— Да, — смеюсь. — Любила розовый цвет и книги с фильмами про любовь.

У родителей четырехкомнатная квартира в новом доме в центре города. Дверь в спальню родителей закрыта наглухо. Я боюсь заходить туда.

Ваня заказывает доставку ужина из близлежащего ресторана. Пытается развеселить меня разговорами, но у меня не получается смеяться и радоваться. Острая боль в груди не дает расслабиться.