Некровные узы

Все однажды заканчивается. И этот ужас тоже закончится. Нужно только совсем немножко потерпеть.

На седьмом месяце беременности меня признали виновной и приговорили к четырем с половиной годам. Я была этапирована в женскую исправительную колонию в далеком депрессивном городе на Урале."

"Моя мама отправилась в этот город следом на поезде и сняла квартиру. Она должна была забрать моего ребенка сразу, как только я рожу. Но все пошло совсем не так, как мы планировали.

Глава 25

Девочка

Алла

Я должна была рожать в тюремной больнице.

Роды у меня принимали дежурный врач и дежурная акушерка. Так как я была заключенной, отношение ко мне было крайне предвзятым.

Роды были тяжелыми. Естественно, никакого обезболивания не было. Запястья, прикованные наручниками к изголовью кровати, ужасно ныли. На схватках я дергалась, и метал впивался в кожу.

— Да не ори ты так, — командовала акушерка. Причем, она орала еще больше меня.

Акушерка стала давить мне на живот, пытаясь выдавить из меня ребенка, словно прыщ. Мне стало еще больнее.

— Не надо, прошу, — проскулила я.

Она наоборот усилила нажим.

По ощущениям это длилось вечность. Боль разрывала меня. Наручники ломали запястья. Слезы градом текли по лицу. А потом, находясь на грани потери сознания, я услышала детский плач. Сначала не поняла, что это мой ребенок. А потом приподняла голову и увидела, как врач держал в руках малыша. Он был в крови, волосики на головке черненькие.

— Четырнадцать десять, — объявила акушерка время рождения. — Девчонка.

Девочка. По лицу заструились новые слезы. Девочка. Я не знала пол. Ни в сизо, ни в тюрьме мне не делали узи. Но у меня было внутреннее интуитивное ощущение, что я ношу девочку. Значит, я не ошиблась. Девочка. Дочка.

Акушерка куда-то понесла ее.

— А мне дадут мою девочку? — заикаясь от страха, спросила я врача.

Он вопросительно глянул на конвоиров.