Некровные узы

Проходя к столу мимо меня, треплет мои волосы на макушке. Садится на свое место возле отца.

В любой другой ситуации я бы возразил, что вообще-то я давно не ребенок, но сейчас я благодарен Алле. Нет ни сил, ни времени, ни желания ругаться с отцом. Я уже несколько раз пожалел, что приехал к ним на ужин. Но Алла просила меня быть. Я не могу отказать мачехе.

— Что отстань? — не унимается отец. — Чего тянуть, я не понимаю? Что за мода у молодежи пошла годами сожительствовать? И ладно бы, это просто какая-то девка была бы.

— А ты не смотри ему в глаза, — парирует Алла. — Ты на раскаленные камни водички подлей, поднимется пар, и не придется смотреть Завьялову в глаза.

Я громко хохочу на всю кухню. Отец багровеет, а мачеха невинно хлопает глазами, мол, а что такого.

— Ты покрываешь этого лоботряса и лентяя, — отец грозит Алле пальцем.

— Позвольте вставить ремарку, — говорю, отсмеявшись. — Я ни с кем не сожительствую.

— Вот! — восклицает отец так, будто разоблачил меня. — А лучше бы предложил Олесе переехать к тебе.

— Так ты же сам только что осудил моду молодежи на сожительство. Как я теперь могу предложить Олесе ко мне переехать?

— Иван, не паясничай, ты прекрасно понимаешь, о чем я.

Конечно, понимаю. Отец хочет, чтобы я женился. И не на ком-нибудь, а на дочке министра транспорта Олесе Завьяловой. Не спорю, для нашей авиакомпании это будет отличное бизнес-решение. Но я вынужден снова разочаровать отца.

Мы с Олесей давно вместе. И вроде бы у нас все хорошо, но я от нее устал. Я устал от ее жажды публичности, от того, что она выкладывает каждый наш шаг. Олеся хочет быть светской львицей. А я наоборот хочу минимум публичности.

Такие кардинально разные взгляды на жизнь все чаще заставляют меня задумываться о прекращении романа с Олесей. Но есть сложность. И даже не то, что она дочка министра транспорта.