(Не) та женщина

Однако никто из них не обернулся, не сказал ни слова.

Они просто ушли.

Женю тем временем начало еще больше трясти.

Одна, в почти неподъемных кандалах, да еще и с ребенком на руках. И даже присесть негде, вокруг только бетонный пол.

«Если я разобью стекло, сильно порежусь?» — задалась вопросом Женя.

Первым делом она стащила с себя босоножки, всё равно в кандалах на каблуках было очень тяжело стоять. Потом стянула через горло красное платье, сложила его в уголочке и положила сверху спящую Нонну. Схватила босоножку и аккуратно стукнула каблуком по стеклу.

— Стекло бронированное… — вдруг раздался откуда-то сзади до ужаса знакомый голос.

Жена обернулась и увидела позади стеклянной комнаты стол. На нем возвышался объемный экран, такой же, который фирма, на которую работал Влад, презентовала на конкурсе в Пекине.

Из монитора на нее смотрел уже так люто ненавидимый ею Влад Стахов.

— Ублюдок… так это ты… — прохрипела она.

— О, ты наверняка говоришь какие-то дико интересные вещи, но я тебя не услышу, — проговорил он. — Видишь ли, это запись.

— Урод! — заверещала Женя и что было силы стукнула ладонью по стеклянной стене.

Зря это сделала, только руку больно ударила.

— Я расскажу тебе одну индийскую притчу, Жасмин… — тем временем продолжал Влад. — Однажды падишах пожелал узнать, что живому существу дороже всего на свете… Придворные сказали — дети. А один мудрец ответил — жизнь. Ты сама как считаешь?

Женя глянула на спящую Нонну и для себя однозначно решила: для нее важнее дочь.

— Думаешь, дети? — продолжал ухмыляться Влад. — А я тебе докажу, что нет! Тот самый мудрец поместил в бассейн обезьяну с детенышем и пустил воду. Обезьяна очень старалась сохранить жизнь своему малышу, однако, когда начала задыхаться, встала на него, чтобы выжить. И ты встанешь… Потому что ты — мерзкая тварь. Животное. Ведь только животное не смогло бы оценить чувств, которые я к тебе питал.

«Это всё из-за того, что я его отвергла?! — охнула про себя Женя. — Что за больной ублюдок? Его никогда не отвергали?»

А Влад всё говорил:

— Я готов был сдувать с тебя пылинки… а теперь тебя уничтожу! И тебя, и твоего ублюдочного жениха. Он, конечно, тебя найдет. Но к тому времени ты уже успеешь показать ему, какая ты тварь. И он убьет тебя сам за то, что ты сделаешь. Кстати, если надеешься на то, что сможешь продержаться на поверхности воды, то нет, не сможешь.