(Не) та женщина

Он шагнул к Жене в импровизированную стеклянную комнату, взял с пола цепи с широкими металлическими кандалами для ног и велел:

— Дай ногу!

— З-зачем? — застучала зубами Женя.

— Я дважды просить не буду… Станешь выпендриваться, сломаю на хрен ногу!"

"Очень скоро Женя оказалась скованной этими кандалами, связанными между собой толстой и очень тяжелой цепью. Они холодили ноги, и передвигаться в них показалось ей практически невозможным.

Тут бородач, удерживающий на мушке Марию, кивнул, и няня поплелась к Жене на нетвердых ногах, передала Нонну.

Почувствовав в руках тяжесть спящей малышки, Женя на какую-то секунду успокоилась. Потом заметила, что один из похитителей водит пальцами по экрану мобильного, и вдруг снова услышала уже знакомое жужжание. На этот раз стеклянная стена поползла вниз, отрезая ее от похитителей. Видимо, механизм управлялся с телефона. Вроде бы она в безопасности, а на самом деле заперта. Как мышь в клетке!

«Как же они смогли выкрасть няню с Нонной? — судорожно пыталась понять Женя.

— Что вы сделаете с Марией? — забеспокоилась тут же.

— Какая тебе разница, богатая стерва? — захрипел бородач.

Няня вдруг снова заплакала, утерла слезу рукой, но в этот раз как-то чересчур громко всхлипнула.

А потом Женя и вовсе заметила, что, утирая слезы, Мария задела рану на скуле, но при этом даже не поморщилась. Словно это была не рассеченная кожа, а… муляж?

— Мария? Как ты могла? — простонала Женя, вдруг сразу всё поняв.

Еще секунду назад искривленное скорбью лицо няни вдруг превратилось в злобную маску стервы.

— Балы, вечеринки, красивый жених, черная икра на завтрак… Ты к тому же родила здорового ребенка в элитном роддоме. Я не завидую, нет, но разве это честно? Тебе дано всё, а некоторым ничего! И ты при этом еще няню наняла, чтобы бока свои отлеживать. Если бы мой ребенок был жив, а не умер в той паршивой нищенской больнице, я бы его ни на минуту ни с одной няней не оставила, ясно тебе? Я бы за каждую минуту с ним удавить была готова.

В ее глазах плескалось столько ненависти, что ее буквально трясло. Их обеих трясло — Марию от ненависти, Женю от страха.

Теперь она уже была рада, что ее и няню разделяла пусть и стеклянная, но всё же перегородка. Правда, радовалась недолго.

— Эй, вы куда? — крикнула она похитителям, когда те все разом развернулись и направились к выходу.