(Не) твои

Если ребенка не будет, то я… Мы разберемся, в общем…

Она лежит подо мной, извивается, когда трогаю мягкую кожу, глажу бедра, описываю окружности внизу живота и ныряю пальцами в нежное, горячее лоно.

– Я люблю тебя. Ты только моя, – говорю, не отрываясь от ее губ.

Она замирает, почти не дышит, когда опускаюсь вниз и поцелуями трогаю карамельные ореолы.

– Кир, я хочу тебя… – стонет, хватая воздух открытыми губами.

– Откройся мне, давай же, Анюта.

– О, Кир… – задыхается, раздвигает ножки еще шире.

Хватает мои волосы, впивается острыми коготками в широкие плечи.

Стоны становятся громче. Не сдерживается, кричит. Аня цепляется за мою спину, обнимает и не отпускает меня. Последний стон вырывается из груди, и мою бестию накрывает волной оргазма.

– Я хочу тебя еще, – говорю и поднимаюсь над ней.

Вхожу сразу, толчками разливаю удовольствие по венам. Передо мной сейчас она, любимая, желанная.

Рыжик стонет, мягко переворачиваю ее на живот, притягиваю к себе.

Улавливаю каждые движения податливого тела, она подается назад, дрожит от сладких спазмов.

Не могу терпеть больше, и мы растворяемся в друг друге.

Лежу в тишине, подмяв под себя Аню. Рыжие локоны наматываю на пальцы, целую плечи.

– Аня, я найду того, кто это пишет. И Новицкого тоже найду. Ты дорабатываешь до отпуска и больше не возвращаешься в свою богадельню.

– Он ведь врет? – спрашивает меня, распахивая свои огромные глаза в темноте.

– Врет. Я люблю только тебя. Мне никто не нужен, – говорю ей правду.

Хватит, нагулялся, Абрамов….

Глава 7

Аня

На эмоциях не могу уснуть. Едва успокаиваюсь, как снова гложет.

Просыпаюсь под утро в состоянии полнейшей разбитости, выбираюсь из-под Кирилла. Стаскиваю его тяжелый бицепс с груди, он снова прижимает меня, не хочет выпускать.

Кир спит свободно, без одежды, раскинув длинные ноги по кровати. Его спина размеренно поднимается на вдохе и сейчас он спокоен, как никогда. Я поворачиваюсь к нему. Рассматриваю своего мужа. Четкая линия губ, красивый овал и высокие, острые скулы.

За годы брака я полностью растворилась в нем.

А что Кирилл? Он весь в работе, звонках и встречах.

Его мир замкнулся на бизнесе отца и желании угодить Абрамову-старшему, будь то оформление нового кафе или рождение нашего первенца.

Кирилл переворачивается на бок, притягивает меня к себе. Я чувствую его утреннюю эрекцию.

Я потягиваюсь, выбираюсь из-под хозяйски закинутых на меня рук.