Не родные

Захожу внутрь вместе с Кириллом, который рассказывает о произошедшем вместо меня. Врач на всякий случай интересуется, не немая ли я. Почти. Кажется, от страха язык проглотила. Доктор просит сделать снимок головы и рёбер. После этого сообщает, что переломов нет, только ушиб ребра первой степени. Назначает множество противовоспалительных препаратов в форме мазей и таблеток. После этого фиксирует побои и делает запись в специальный журнал, чтобы передать данные в полицию.

Я и подумать не могла, что всё зайдёт настолько далеко.

В отделении очередь, мы занимаем место на пустующей скамейке. От усталости хочется уснуть прямо здесь и сейчас. Прислонив голову к стене, наблюдаю за Кириллом. Он сидит, широко расставив ноги и упираясь локтями в колени. Зачем только возится со мной? Отстал бы уже… Так было бы легче: знать, что ему всё равно.

Внезапно Самсонов поднимается со скамейки, куда-то уходит и возвращается уже через несколько секунд.

— Ты пользуешься служебным положением, — произношу осторожно, ощущая, как его тёплая, немного шероховатая ладонь крепче сжимает мою руку.

— Знаю, — кивает он."

"В кабинете у следователя приходится открыть рот и рассказать детально, что произошло. Я ужасно волнуюсь и заикаюсь. Сообщаю, что не знаю нападающих. Ни имени, ни фамилии. Видела когда-то в универе, и на этом всё.

Кирилл смотрит на меня нахмурившись. Я под диктовку пишу заявление и чувствую на себе его недовольный и давящий взгляд. Чего уставился? Я сказала почти правду. Он ведь понятия не имеет, что со мной будет после того, как назову имена!

Сидя во вновь остывшем салоне автомобиля, словно загипнотизированная смотрю, как капли дождя стекают по лобовому стеклу. Третий час ночи. Хочется опустить голову на подушку и крепко уснуть, забыв этот день как очередной кошмар.

— Ты правда не знаешь имён? — спрашивает Кирилл, барабаня пальцами по рулю.

— Знаю.

— Чего не сказала?

— Ты меня не поймёшь…

— А ты попытайся объяснить.

— Девчонок зовут Соня и Катя. Они учатся на третьем курсе педиатрического факультета, живут в первой общаге. Оторвы ещё те. Без башки. Это всё, что я знаю, понятно тебе?

Пульс учащается, я отворачиваюсь и слышу, как Кирилл заводит двигатель. Облегчённо вздыхаю. Хвала небесам, он не тащит меня обратно в участок, чтобы написать заявление.