Никому не скажем

Сейчас я даже себе не могу объяснить логику своих поступков. Я словно в затяжном ненормальном аффекте. Мне бы выдохнуть. Остановиться и все обдумать. Но поздно. Тормоза отказали. Я спрыгнула в пропасть, забыв, что у меня нет крыльев. Их больше нет, да… Ничто не может остановить это падение.

— Мам, ты не заболела?

— Что? Нет, сынок. Все хорошо. Собирайся. А то опоздаем в школу.

— Я и на метро могу.

— Я отвезу тебя. Мне нетрудно. Только поторопись.

Допиваю свой кофе, отправляю кружку в посудомойку и бреду одеваться.

Неудивительно, что Лена столько провозилась с моим макияжем перед вчерашней съемкой.

— Готов?

— Угу.

— Тебя точно больше не обижали?

— Ну, я же уже сто раз говорил, что нет.

— Ладно. Извини. Я просто волнуюсь, — заставляю себя улыбнуться, обнимаю Женьку, целую в макушку, и вместе мы выходим из дома.

Я как раз высаживаю сына у школы, когда у меня звонит телефон. Юлька!

— Привет. Ну, рассказывай, что случилось на этот раз?

— А что, я тебе звоню только, когда что-то случается?

— Ты не поверишь, но именно так, — улыбаюсь впервые за несколько дней.

— Что-что, — бурчит Юлька. — Нам на Ахматову привезли холодильник. Прямо сейчас привезли, представляешь? А ведь я им четко дала понять — мы готовы принять его не раньше полудня!"

"Перевожу вызов на громкую связь и, включив левый поворотник, утюжу снежную кашу под колесами.

— И? Это какая-то проблема?

— Еще какая! Лифт-то не работает. Кто мне его занесет? Ее-ев.

— М-м-м… — копирую заискивающие нотки в голосе Юльки.

— Скажи, что ты мне можешь выделить пару грузчиков! Всего на полчасика, Ев!

Бросаю взгляд на часы и понимаю, что сейчас в цеху как раз пересменка. Да и до Ахматовой от нас, как до Луны. По пробкам попробуй, доберись. Сама я гораздо ближе. Вот только, боюсь, вряд ли мне по плечу холодильник.

— Может, мы как-то с твоими постояльцами его допрем? Я здесь неподалеку.

— Смеешься? У меня тут сейчас кормящая мать, две беременных и бабулька, которая еще царя, наверное, видела.

«У меня» — это в Юлькином центре помощи людям, попавшим в трудную жизненную ситуацию. Я хмурюсь, прикидывая в уме, как бы разрулить эту ситуации, но, прерывая ход моих мыслей, у меня пищит телефон, сообщая о параллельном вызове. Тянусь к трубке, чтобы посмотреть, кто звонит, и… сердце ухает в пятки. Кит! Который не давал о себе знать шесть бесконечно долгих дней.

— Юль, прости, тут срочный по второй линии.