Никому не скажем

Хотя… Губы растягиваются в кривой циничной улыбке.

— Да просто выдерни из клиент-банка и скинь мне на почту. Этого будет достаточно.

— Ага. Сейчас все будет в лучшем виде.

Сижу как дурак и обновляю почту. Обычно в любой непонятной ситуации я предпочитаю работать. Но не в этот чертов раз. Наконец, среди десятка намного более важных для компании сообщений, вижу письмо от Лиды. Открываю приложение Топ-чата и… охренеть. Я не нахожу Еву по тому номеру, что у меня сохранен. И это, наверное, означает, что она пользуется каким угодно мессенджером, кроме моего.

Не давая своей злости угаснуть, перезваниваю. Гудок. Еще один… Нет ответа. Отбрасываю трубку и откидываюсь в кресле, запрокинув голову к потолку.

У нее есть Ютьюб, есть Инстаграм, но нет чертового Топ-чата. Где это видано, мать его? Я так хотел переслать ей платежку, зная, что наша переписка останется исключительно между нами, но не тут-то было.

Ну, давай же! Бери трубку, Ева!"

"Звоню ей снова. На этот раз абонент занят.

Может, кто-то ей готов предложить больше?

Вскакиваю. Иду к окну и замираю раненым зверем. Провожаю тревожным взглядом просыпавшиеся из прорехи свинцовых туч снежинки. Раскинувшийся под ногами город подмигивает тысячами огней. Мой телефон оживает, когда солнечный диск окончательно тонет за краем горизонта, и лишь его след золотисто-розовой, размытой поднимающейся от земли дымкой, полоской очерчивает условную линию, отделяющую небеса от земли.

Заставляю себя выждать пару секунд, прежде чем ответить.

— Да?

— Привет. Ты звонил.

— Потому что не смог скинуть тебе сообщение. Оказалось, тебя нет в Топ-чат.

— Эээ… Ну, я привыкла к Ватсап.

— А как же поддержка отечественного производителя?

Я несу полный бред. Просто потому, что не знаю, как перейти к сути.

— Думаю, на отечественного производителя и без меня большой спрос.

Да! Но мне хочется, чтобы Ева имела возможность оценить мое детище! Потому что мне есть, чем гордиться. И я хочу, чтобы она гордилась… Все еще хочу. Несмотря ни на что, опять же… Я могу думать о Еве все, что угодно, но правда в том, что без ее одобрения все, чего я достиг — ровным счетом ничего для меня не значит.