Никому не скажем

— Освещение плохое. Ничего не вижу…

Может, и так. Рассеянного приглушенного света развешанных по углам комнаты светильников действительно не хватает. Но, во-первых, так обстановка кажется гораздо более интимной, а во-вторых, никакой занозы не существует.

— Да, наверное, показалось.

— Ну, раз так, я тогда пойду… Спасибо за кофту. Я верну тебе в универе.

Ева упирается рукой в пол, чтобы встать, но я не даю. Накрываю ее ладонь своей и тараторю:"

"— Подожди! Куда тебе торопиться? Еще ведь совсем рано.

— Уже двенадцатый час…

— Ну и что? Гулянка у Карася в самом разгаре.

Наверняка ты бы еще работала, если бы…

— Если бы меня не унизил твой дружок? Да брось. Дело не в нем.

Я не уверен, что это правда, Ник повел себя как мудак, поэтому встаю за ней следом и уточняю:

— А в чем тогда?

— Я просто устала. Мне вообще не нужно было сегодня выходить на работу.

— Так почему вышла?

— Мне нужны деньги. Почему же еще?

Чувствую себя полным придурком. Это настолько очевидно, что я мог и сам догадаться.

Да, отец не балует меня, но… я один черт обеспечен всем необходимым. Точнее был бы обеспечен, если бы в этом нуждался. В последнее время я и сам неплохо зарабатываю, клепая всякие программки на заказ. В общем, если так разобраться, мы оба работаем. Я и Ева. С той лишь разницей, что я это делаю ради интереса, а она — чтобы выжить. Из всех моих умозаключений вытекает один резонный вопрос:

— А твои родители что? Совсем тебе не помогают?

— Отца я никогда не знала. Думала, это очевидно, — криво улыбается Ева, взмахом руки очерчивая круг у собственного лица, — А мать… В общем, ей не до меня.

Я живу с бабушкой.

Ева поднимает с пола свой рюкзачок, который сбросила в начале вечера, и я понимаю, что если ничего не предприму прямо сейчас, она просто уйдет.

— Я тоже сирота. Наполовину, — бросаю, будто между делом, осторожно прощупывая почву, и попадаю точно в цель.

Вообще я ни с кем не делюсь своими переживаниями, но знаю, что женщины страсть как любят слезливые истории. А эта должна подействовать безотказно.

Времени у меня нет, и я давлю на то, что даст результат со стопроцентной гарантией. Делает ли это меня мудаком? Не знаю. Никто не говорил, что я буду играть по-честному.

— Правда?

Облизав пересохшие губы, Ева вновь опускает потрепанный рюкзак на пол, но все еще отпускает из рук ручку.

Пожимаю плечами и судорожно обдумываю ответ. Да, она захватила наживку, но может сорваться с крючка в любой момент. Мне нужно быть осторожным.