Нас будет трое

Его близость – дезориентирующую, недопустимо волнующую даже сейчас…

– Я надеялась, что это ты мне объяснишь, – выдохнула, отступая на шаг, выпрямляя спину и вздергивая подбородок, словно это могло помочь мне выстоять.

Он все еще выглядел растерянным и недоумевающим. Поэтому я добавила:

– Она весьма ясно намекнула, что Миша жил у нее.

Реакция, которая за этим последовала, застала меня врасплох, заставила испуганно вздрогнуть…

Муж со всей силы впечатал кулак в стену, заставив ее содрогнуться, прорычал сквозь зубы…

– Я ее убью…

Я вобрала в легкие воздух, озвучила мучивший меня все последнее время вопрос:

– Ты же забирал Мишу… как ты мог ее не узнать? Или… ты просто все знал уже давно?

Он повернул ко мне голову и даже в неярком свете лампы я увидела, как полыхнули гневом его глаза.

– Как ты можешь так думать?

– Я уже не знаю, что мне думать!

Он сделал несколько глубоких вдохов, оттолкнулся от стены, в которую до этого упирался кулаком…

– Я не видел ее, когда забирал Мишу. Было уже темно.

– Но дом?..

– Когда я видел ее в последний раз, она жила не там. Я не общался с ней с тех самых пор, как окончил школу и смог жить самостоятельно… ты ведь знаешь это. Злата…

Он шагнул ко мне, взял меня за плечи, требовательно сжал их, вынуждая взглянуть ему в лицо…

– Я тебе не лгу.

Я лихорадочно, спешно перебирала в голове то немногое, что рассказал мне ранее муж…

– Но ты ведь говорил, что понял сразу же, что с Мишей не очень хорошо обращались!

– Это было видно. По тому, как она толкнула его ко мне. По тому, как он был напуган…

Я стряхнула с себя руки мужа. Устало потерев лоб, бросила:

– А еще твоя мать хотела продать мне информацию о том, кто произвел Мишу на свет…

Я кинула на него быстрый, пронзительный взгляд.

– Так, может, скажешь наконец сам, кто она?

Он неверяще, отрывисто рассмеялся.

– Это настолько важно для тебя? Злата, главное ведь не то, кто она. Главное – сможешь ли ты меня простить. И ее имя тут не играет никакой роли. Я ведь могу назвать тебе любое – что это изменит?..

– Например, Даша? – вздернула я бровь, внимательно следя за его реакцией.

Он потрясенно замер.