Нас будет трое

Злата наверняка спросит его об этом – она, естественно, не разделяла и не понимала его уверенности. А он просто не мог объяснить ей всего…

Злата… Как же ему было без нее трудно! Не потому, что приходилось справляться со всем одному, хотя он теперь просто поражался, как жена успевала и работать, и содержать в порядке квартиру; но потому, что совершенно не умел без нее жить…"

"Было так странно просыпаться по утрам и не видеть на соседней подушке ее лица. Было так сложно осознать, что больше некого целовать по утрам.

Было так непривычно встречать руками лишь холодные простыни, когда среди ночи хотелось обнять свою женщину и вдохнуть родной запах ее волос… Было так чудовищно тоскливо в квартире, казавшейся без нее теперь такой пустой и огромной… И ни в едином уголке этого жилища он, тем не менее, не мог найти покоя.

И с каждым днем, каждой прошедшей минутой в нем рос и множился страх, что это – навсегда. Что он так и останется здесь один, что жена никогда не вернется, никогда не простит, никогда даже не ответит на его бесконечные, бесплодные звонки…

Порой он так хотел слышать ее голос, что включал старые голосовые сообщения.

Он пытался убедить себя, что Злата просто ненадолго вышла из дома. И каждый раз, когда не знал, как поступить, спрашивал себя: что сделала бы сейчас она?..

Все чаще он задумывался: не стоило ли сказать ей все так, как есть? Но последствия этой откровенности казались ему еще более пугающими, чем нынешнее положение, полное неизвестности. Сейчас у него еще была надежда.

Как только он расскажет… ее уже точно не будет.

Он поставил перед сыном подоспевшие пельмени. Миша аккуратно взял ложку и на руке его блеснул так хорошо знакомый Валере браслет… Его подарок на первую годовщину свадьбы.

Почему она оставила его Мише? Потому ли, что хотела избавиться от воспоминаний об их общей жизни или что-то иное было тому причиной?

Он присел рядом с сыном за стол. Кусок не лез в горло, поэтому Валера просто наблюдал за тем, как Миша ест: так медленно, осторожно, словно старался кому-то угодить…

Нужно было что-то делать.

Нужно было столько всего решать… Разобраться с документами, нанять няню… встретиться с матерью Миши и потребовать у нее миллион ответов насчет сына…

Взгляд скользнул по плохонькой старой одежке, из которой не вылезал Миша. Злата была права: ему стоило позаботиться о том, чтобы ребенок был нормально одет. Следовало начать хоть с чего-то…

Разве не так он привык жить? Действовать, а не мотать на кулак сопли.