Нам можно

Желаю вам крепкого здоровья, – и на меня коротко, но красноречиво посмотрела – припоминает мою низкую ложь.

– Спасибо, милая, – и ко мне повернулась: – Дорогой, тебе всего двадцать пяти, а уже теряешь хватку: такая красавица и всего лишь друг.

– Эх, бабуль, – сокрушенно заговорил я, – не нравлюсь я этой красавице.

Ведьмочка бросила на меня загадочный взгляд из-под пушистых ресниц, а бабушка прокряхтела что-то вроде «ну-ну».

Я познакомил Марсию со всеми, а некоторых приглашенных она и сама знала. Чета Лавалей относилась к ней, как к родной: они с Кайлой ведь подружки закадычные.

Мелкого Риччи, кстати, не видно что-то. Наверное, дома оставили, чтобы у мамы глаз не дергался. Уверен, Джейсон с Софи тоже без близнецов.

– Сын, – услышал позади. А вот и родители. – Ты с мисс Кларк."

"– Ага, – тонко улыбнулся я. – Вы ведь давно не виделись, решил исправить. – Я вполне прозрачно дал понять, для чего привез ее. Папа давно обеспокоен моей половой стойкостью – пусть видит, что проверок я не боюсь.

Правда, Марсия смущенно глаза опустила, а мама, наоборот, тонкую бровь вздернула и оценивающим ледяным взглядом по Ведьмочке прошлась.

– Мама, позволь представить тебе Марсию Кларк, – я не стал уточнять, кем она мне приходится.

– Очень приятно, – робко произнесла Ведьмочка. Да, мама у меня та еще ледяная королева с инеем в виде драгоценностей везде, где можно.

– Наш дом – ваш дом, – вежливо ответила мама.

Через час я стоял в стороне от места сходки, медленно потягивая сигарету собственного производства – семьдесят процентов табака и тридцать травки – и смотрел на зажигательные танцы публики за пятьдесят с редкими исключениями.

Одно такое сейчас крутило жопой, обтянутой белым кружевом. Все-таки блядское платье купили. Нужно было то, винного цвета брать, самое бабуличье, тогда бы старый хрыч Мэдисон не вился возле Марсии с начала тусовки.

Я глубоко затянулся, пока легкие до отказа вязкий дым не заполнил, слегка и совсем недолго туманя голову. Семейные посиделки давались мне сложно, сегодня даже на допинг решился.

Снова взглянул в сторону импровизированного танцпола – и когда этот тухлый медляк закончится? Я сам велел Ведьмочке вести себя будто между нами нет и унции притяжения, и, конечно, благодаря этому большая часть мужиков крутилась возле нее – свободной, молодой, чертовски сексапильной. А кавалеры-то скоро мочиться самостоятельно не смогут, но это, похоже, их несильно беспокоило. И ее тоже. Вертихвостка строптивая.