На пороге Тьмы

При этом свинцово-серое, тяжкое небо давило сверху, словно пресс, нависший над головами, и ты не знаешь, чья рука сейчас возле рычага, который заставит его опуститься.

Когда машина вкатила в одно такое облако тумана, я почувствовал холод. Но холод не обычный, а именно холод Тьмы, когда льдом по позвоночнику, когда мурашки по всему телу.

– Федь, ты про такой туман знаешь что-нибудь? – забеспокоился я после того, как передернул зябко плечами после встречи со вторым облаком.

– Знаю, возле Тьмы часто бывает, – сказал он.

 – Какого-то особого вреда от него нет вроде бы, разве что на душу давит.

– Не опасно, – добавил Иван. – По крайней мере мы никаких случаев вреда от него не регистрировали, так, мерзко просто.

– Спасибо, обнадежили, – кивнул я.

Ладно, если не вредно, то уже не так страшно. Хотя бы можно не дергаться с перепугу при приближении к очередному клоку этой мерзкой дымки. А остальное… ничего, остальное потерпим, у меня цель, а ради нее можно много потерпеть. В конце-концов, когда принимал предложение Милославского работать на него, понимал, что меня не огородничеством заниматься приглашают.

Вскоре шахты остались левее, мы приблизились к реке. Когда «жужа» выбралась с поля на заброшенную дорогу, повернули налево, к городу.

– Федь, когда по набережной пойдем, про провал не забудь, – напомнил я.

– Есть же на карте…

– Не знаю как ты, а я здесь с трудом сосредоточиться могу, – честно сознался я. – А в таком состоянии любую пометку с карты мог бы проморгать.

– Хорошо, но ты тоже поглядывай, – сказал он. – И в городе внутрь заныкайся, а то черт его знает… Так тварей нет, но мало ли.

– И адепты эти рядом, – добавил Иван."

"По дороге пошли быстрее, но все же без особой спешки. Хотелось и шуметь потише, и самим успевать наблюдать за окрестностями. По счастью, вокруг так и было пусто.

Вскоре показались городские окраины. Несмотря на то, что никакая разруха этих мест не коснулась, выглядело все запущенно и мрачно.

Пыль и грязь не девались никуда, покрывая строения, улицы, стекла – все вокруг. Лишенные листьев деревья, какие-то все перекрученные, с причудливо и как-то не по-хорошему изогнутыми стволами и ветвями, вытянулись двумя рядами по сторонам дороги, похожие на неведомых чудовищ, охраняющих этот путь.

– Иван, а чего такие тополя странные? – спросил я, невольно понизив голос.

– Тьма так действует, – ответил Иван, заодно дернув меня за полу куртки.