Мой милый повеса

Харт засмеялся, придвинулся к ней и поцеловал в губы, а затем в ладошку.

– До сих пор смех разбирает, стоит вспомнить, как ты заявился к Личфилдам и устроил сцену, – хихикнула Мэг.

– Так поступить следовало давно, еще год назад: схватить тебя в охапку и потребовать, чтобы ты вышла за меня.

Мэг игриво шлепнула его по плечу.

– Это когда ты принял меня за свою любовницу?

Харт тоже улегся поудобнее, опершись на локоть.

– Да, верно, но я быстро понял, что ошибся. И представь мое удивление, что ближайшая подруга моей младшей сестренки может вот так целоваться.

Мэг опять шлепнула его.

– А на следующий день в карете, после того как Сара сбежала из церкви, ты на меня даже не взглянул."

"– Я просто боялся на тебя смотреть: глаза так и косились на твои восхитительные губы.

Мэг обняла мужа за плечи. Ей все еще казалось, что это сон: любимый и такой желанный мужчина лежит с ней в постели, его мускулистая грудь обнажена, а на таком родном лице блуждает улыбка.

– Харт, скажи: тебе известно, почему наши родители враждуют?

Улыбка вмиг сползла с его лица.

– Да, но это скверная история, любимая.

Мэг приподнялась на локте и натянула простыню, прикрывая грудь.

– Я должна знать.

Он провел рукой по волосам.

– Ладно. До того, как мои родители сочетались браком, моя мать была безумно влюблена в твоего отца. Они уже собирались пожениться, но тут ей подвернулся мой отец, богатый граф, и барона она бросила.

Мэг кивнула.

– Да, что-то такое я слышала, но это было много лет назад. А я помню, что скандалы у родителей начались когда мне было уже лет десять.

– Да, поначалу они иногда встречались и даже ходили друг к другу в гости, пока однажды мой отец и твоя мать не наткнулись на твоего отца и мою мать, которые целовались в гостиной.

Мэг ахнула и прикрыла рот рукой.

– Мне очень жаль, но это правда.

– Я об этом не знала.

– Да я и сам узнал из пьяных откровений папаши: слава богу, без подробностей! После того как на свет появилась Сара, она заявила, что свою миссию выполнила: наследник есть, а теперь вот еще и дочь, – поэтому она уходит.

– О, это же… ужасно!

– Отец часто пил и всегда говорил одно и то же: гуляла, изменяла, – а мне приходилось слушать.

Мэг покачала головой.

– Неудивительно, что ты даже слышать не хотел о женитьбе.

– Я был ожесточен.

– Давай поклянемся, что никогда не будем такими, как они! Я не вынесу, если мы станем ненавидеть друг друга, как наши родители.

– Согласен. Мне не хочется ходить с рогами и гадать, где и с кем сейчас моя жена.