Медведь

Потому что, в тот момент, когда его язык врывается в мой рот, его палец пробирается в трусики…

И со мной происходит что-то… Я не знаю… Я вся натягиваюсь, как струна, в ушах звенит, в голове пусто, внизу — жаркая пульсация…

Я почти в обмороке.

Но в мой обморок врывается громкая навязчивая мелодия.

Я открываю глаза.

Вижу перед собой лицо Медведя. Его глаза закрыты. Ему плевать на все. А я вижу на панели автомобиля вибрирующий телефон. И фото на экране.

— Кеша звонит, — шепчу я.

— На хрен Кешу, — рычит Медведь.

— Вдруг что-то важное…

— Все важное тут.

Какой-то стук слева. Я резко поворачиваюсь. Боже… Вот стыдоба-то!

— К нам охранник в окно стучится…

— Да пошли они все в жопу!

Медведь отрывается от меня, открывает окно. Рычит на охранника:

— Че надо?

— Неприлично себя ведете. А тут дети ходят.

Я краснею и хочу провалиться сквозь землю. Или хотя бы спрятаться под сиденье.

— Уже уезжаем, — бросает Михей.

Телефон, который только что замолчал, снова начинает вибрировать и разрываться навязчивой мелодией.

— Возьми трубку, — говорю я Медведю, который кладет свою лапу на мое бедро.

— Котенок… — шепчет он.

— Я не убегу."

"— Еще бы ты убежала… Я тебя никуда не отпущу! Никогда.

35

МихейМоя рука на кошачьей коленке, я переключаю телефон на громкую связь, потому что завожу машину и трогаюсь с парковки.

— Ты далеко? — спрашивает Носорог. — Еще не все магазины проехал?

— Слушай, я…

— Тут беременной женщине нужна срочная помощь.

— Что? — пугаюсь я.

По беременных женщинам я не спец.

— Яна хочет оливки с анчоусами. А у меня нет. Доставку ждать сто лет. Короче, заскочи в магазин, купи этой ботвы. Ящик.

— Не надо ящик, — слышится на заднем фоне голос Яны. — Банки достаточно. Да я вообще могу обойтись…

— Бери ящик! — встревает Варлам. — Я тоже буду.

Все ржут.

— А что? Я тоже беременный.

Я завершаю вызов.

— Поехали за оливками, — говорит Юлька.

— А, может…

— Что?

— Вернемся домой.

Юлька смущенно опускает глаза. Ее щечки краснеют. Какая прелесть! Котенок, переодетый в развратную пантеру, засмущался. Опустила голову, волосы упали на лицо. Спряталась от меня. Такая невинная прелесть…

— Давай отвезем оливки, — говорит она. — Моя подруга страдает!

— Ну давай… Беременной женщине отказывать нельзя.

Ладно. Съездим на днюху, отдадим оливки, вручим подарок, потусуемся полчасика для приличия — и домой.