Мария, королева Нисландии

— Я… Я обязательно придумаю, госпожа!

Мария приказала подать свежий травяной взвар в комнату девушек и предупредить, что скоро навестит их: вряд ли кто-то спрашивал красоток, хотят ли они оказаться так далеко от родного дома. Так что незачем их пугать ещё и внезапным визитом королевы.

При появлении Мария все трое кинулись ниц, и Вите пришлось даже прикрикнуть на них, заставляя подняться с колен. Мария удобно устроилась за столом и сказала:

— Присаживайтесь, девушки. И снимите с лиц покрывала: я хочу видеть вас.

Кто из вас Зумрат?

— Я, прекрасная госпожа… — в речи девушки слышался очень сильный акцент, но понять ее вполне было можно.

— Расскажи мне о себе, Зумрат, — на взгляд Марии, девушке не было еще и двадцати.

Густые черные волосы заплетены в четырехрядные косы. Тонкие, явно выщипанные брови разлетаются к вискам. Чуть крупноват нос, зато глаза так прекрасны, что маленький недостаток почти незаметен. На смугловатой, разрумянившейся от смущения щеке — бархатная черная родинка.

«Молода, хороша собой, да еще и ткачиха! Такую, пожалуй, не грех будет отдать и за подходящего лорда. Но сперва она мне обучит других мастериц. Может быть, восточные узоры мы здесь и не осилим, но даже просто хорошие качественные ковры будут стоить совсем немало. А у нас зимой хватает женщин, которые не отказались бы подзаработать.», — неторопливо размышляла королева, что не мешало ей слушать рассказ Зумрат.

Девушка родилась в семье потомственных ковроделов и прожила там до двенадцати лет, пока не случился пожар:

— Все сгорело, пресветлая госпожа, — глядя в пол рассказывала смуглянка.

 — Два почти готовых ковра сгорели, станки сгорели, все запасы и одежда… все сгорело, — даже сейчас в её голосе слышалась горечь.

Семье грозила нищета, и два брата, у старшего из которых была на носу свадьба, уговорили отца продать сестер на рынке. Зумрат и ее младшую сестренку Зерин, что значит «золотая», отвели на рынок, сколько мать ни валялась в ногах у отца. Девочки были молоды, привлекательны и девственны.

Зерин купил какой-то купец, заплатив за нее щедро. Зумрат попалась на глаза евнуху из гарема шахиншаха. Прежде чем развязать кошель, тот дотошно расспросил девочку: где и в каких условиях она росла. Только после этого присоединил ее еще к двум таким же испуганным девчонкам, под охрану огромных чернокожих воинов.

— …конечно, госпожа… конечно, первые ночи я плакала, да и не я одна, — тихо выговаривала девушка.