Ловушка для светлой леди

Руки дрожали, но я сумела выполнить приказ."

"- Коснись моей груди, - глухо выговорил мужчина. Он подтянул меня к себе, положил свою ладонь поверх моей и несколько раз провел по напряженным мышцам, перекатывающимся под гладкой кожей.

- Сама, - коротко выдохнул он.

Я несмело погладила, стараясь не задевать соски.

Рука Себастиана вновь легла поверх моей и надавила, заставляя коснуться торчащих темных бусинок.

- Оближи их, - выдохнул мужчина.

Когда я наклонилась к его груди, он тихо застонал.

- Да, так... И чуть прикуси зубами.

Я сделала то, что он велел, и не сумела сдержать тихий всхлип. Странная судорога заставиласжать ноги, и в этот момент, Себастиан наклонился ко мне и впился в губы жестким поцелуем.

Его прикосновения мучили, наказывали, вызывали протест. И они же вынуждали меня покоряться и ожидать чего-то, что зарождалось где-то глубоко внутри, обжигая непонятными желаниями и темной, порочной страстью.

Тело выгнулось в сладкой конвульсии, разум затуманился, и я сама прильнула к своему надзирателю.

Хриплые стоны, желанная боль - и миг непонятного блаженства...

Не знаю, что со мной случилось, но, в тот момент, мне было все равно, что подумает обо мне Себастиан.

Я обмякла у его ног, и так и продолжала сидеть у кровати, положив голову на колени своего надзирателяи тихо млея от мягких прикосновений его ладони к моим волосам. Не было ни мыслей, ни желания отодвинуться, ни прежней ненависти.

Неожиданно, Кимли наклонился ко мне, взял двумя пальцами за подбородок и заставил приподнять лицо.

Пару минут внимательно рассматривал его, а потом, презрительно скривившись, произнес, словно припечатал:

- Шлюха.

У меня перехватило дыхание и потемнело в глазах. Нет. Пожалуйста, нет! Я не...

Себастиан поморщился и отодвинулся, стараясь не касаться меня. Одернул камзол, достал из кармана платок и тщательно вытер им руки. Этот жест заставил меня вздрогнуть.

- Только шлюха может получать подобное удовольствие. Мое почтение, миледи, - выделив последнее слово, надзиратель издевательски низко поклонился и вышел из комнаты, а я осталась сидеть на полу. Оглушенная, униженная, растоптанная.

Себастиан не появлялся до самого вечера. Лишь когда окончательно стемнело, в замке повернулся ключ, и дверь распахнулась настежь.