Личный целитель Его Светлости

Сама не знаю, как я отважилась на такое, но рука сама потянулась, чтобы откинуть непослушную прядь волос с его лба.

- Как же тебя угораздило? – прошептала я. – Почему ты не пришел, не признался, хотя бы мне? Теперь борись, слышишь? Ты нужен всем, Ирс…

Мои пальцы коснулись его шершавой щеки. За это время щетина успела отрасти и покалывала кожу.

- Ты всем нужен… - повторила я.

- А тебе? – хрипло выдохнул герцог, не открывая глаз. – Тебе я нужен, Санни?

Я настолько испугалась, что вздрогнула и хотела одернуть руку, но его пальцы сжались на моем запястье.

- Что скажешь, сестра, Ли? – прошептал он. – Нужен тебе такой, не владеющий собой лорд?

И… Что сказать? Что ответить? Промолчать?.."

"Правда не бывает неполной, если там хоть капля лжи, хоть капля неискренности, толика недоговорок – это уже не правда. А врать Ирсу я больше не собиралась. Он стал мне таким близким, таким нужным и важным, что я сама стала бы считать себя преступницей, если бы покривила душой.

- Очень, - едва слышно прошептала в ответ.

Он медленно, словно это давалось ему с неимоверным трудом, открыл глаза, и я утонула в расплавленном теплом шоколаде его глаз. Сколько же хотелось ему сказать! Но я лишь улыбнулась и повторила:

- Очень.

- Хорошо, - выдохнул он и, собрав последние силы, признался: - Прости, девочка, я не справился…

Очевидно, Ирс испытывал боль. Причем, не только физическую, хотя я могла представить то, что сейчас происходило у него внутри – иглы «кокона смерти» впивались в жизненно важные ткани и забирали все самое лучшее и светлое, что было в этом мужественном воине, забирали саму жизнь.

На мгновение лицо герцога утратило четкость, а на щеках я почувствовала влагу – это глупые слезы сами навернулись на глаза.

- Плохи мои дела?.. – почти прошелестел Ирс. Даже его неиссякаемые силы заканчивались.

Я упрямо мотнула головой, утерла рукавом слезы и решительно заявила:

- Дела плохи. Чтобы они стали лучше, тебе следует слушаться меня беспрекословно.

Хворые, они, как дети, интонации воспринимают лучше, чем слова.

Герцог улыбнулся, что я расценила, как хороший знак, поэтому продолжила:

- Во-первых, я тебя прощаю. Ты и так справлялся слишком долго с заразой, которой любой другой сдался бы сразу. Всему виной заклятье темных «кокон смерти». Кроме основных симптомов, кокон еще меняет психику человека, его представление о плохом и хорошем, о правильном и порочном.