Легкие шаги безумия

Лена Полянская, Оля и Митя Синицыны сидели на лавочке у аэропорта города Тюмени, курили, подставив лица жаркому сибирскому солнцу, и обсуждали вопрос, подождать ли еще или отправляться в обком комсомола своим ходом, на автобусе.

Обещанный обкомовский «газик» их не встретил. Они с тоской смотрели на бесконечную очередь у автобусной остановки.

– А могут они вообще нас не встретить? – тревожно спросил Митя. – Это же все-таки комсомол, а не партия, и потом, вы – практикантки, а я совсем уж сбоку припеку, песенки пою.

– Не паникуй, – успокоила его Лена, – секретарша главного при мне звонила в Тюмень, сказала, едут три сотрудника, без уточнений.

– А селить нас как будут? – не унимался Митя. – Вам-то хорошо, вас поселят вместе в один номер, а меня к какому-нибудь соседу. Он окажется алкоголиком, лунатиком или вообще маньяком.

– Ну ты и зануда, братец-кролик, – вздохнула Ольга.

– Нет, я не зануда, я – человек основательный; Люблю все знать заранее. Вот вы ведь наверняка не взяли ни кипятильника, ни чая, ни сахару.

– Вот уж бычки-то здесь точно есть, – усмехнулась Лена.

– А спорим, нет? – нахохлился Митя.

– На что?

– Ну хотя бы… – Митя задумался, – на одну банку вареной сгущенки.

– Он с тобой поспорит на сгущенку, – хмыкнула Ольга, – как раз на ту, третью, банку, которая взорвалась. От его предусмотрительности у нас теперь вся кухня липкая и черная.

"– Тебе бы все меня поддеть, сестренка, – покачал головой Митя. – Ладно, я готов спорить на нормальную банку, а не на взорвавшуюся, что бычков в томате здесь нет. Как максимум, здесь есть «Завтрак туриста»: фрикадельки из молотых Рыбьих костей с рисом, похожим на мучных червей. И то по карточкам. Если я проиграю, сгущенка твоя. А если выиграю, что ты мне можешь дать?

– Две пачки «Родопи» или кофе могу отсыпать, молотого.

– Что мне твои «Родопи», когда у меня блок «БТ», – презрительно фыркнул Митя, – и кофе без моего сахарку и кипятильничка вы все равно не попьете!

– Ладно, мальчики-девочки, хватит дурака валять, все равно пить, есть и курить мы будем все вместе, – махнула рукой Ольга.

На площади остановился «газик» защитного цвета, из него выпрыгнул молодой человек, одетый, несмотря на жару, в строгий темно-серый костюм. На лацкане пиджака ярко сиял маленький комсомольский значок.