Лапочка

У Булата определенно хороший вкус.

Надев халат, я умылась и вернулась в комнату, начиная мысленно бурчать на мужчину за то, что все же напился с папой, и не пришел ночевать ко мне. Нет, я была не против их посиделок, и даже одобряла, что он не таскается непонятно где, а находится здесь, рядом, к тому же общается с моим папой. Но и объятий мне очень хотелось, ведь только его руки успокаивают меня так сильно, как и родительские, но вот сейчас мне хотелось рядом вовсе не родителей.

Встав у зеркала, я взяла щетку для волос и медленно принялась расчесывать длинные пряди. Слава Богу, хоть с лица сошли синяки, только один желтый остался слева на скуле, но и он уже должен скоро исчезнуть. Я прекрасно знала, какую боль доставляла маме и папе своим видом, а потому каждый день молилась, чтобы синяки поскорее прошли. Да и мне перед Булатом хотелось ощущать себя красивой и сексуальной, а с такими следами на теле, не очень это получалось, да и надевать что-то открытое не было большого желания все по тем же причинам.

Переложив волосы на одно плечо, продолжила расчесывать пряди, как услышала тихий шорох за дверью. Обернувшись, заметила тихо входящего Булата, который уже скинул где-то свой пиджак, а на его теле красовалась белая рубашка с расстегнутыми до груди пуговицами.

- Лапочка, - довольно пропел мужчина, закрывая дверь на ключ, и смотря на меня игривым взглядом.

- Что, милый, допился?

- Я совсем чуть-чуть, - сказал он, жмурясь и прикрывая тыльной стороной ладони глаза.

- Угу, чуть-чуть, - хмыкнула я, и отложив щетку на комод, прошла к своему любимому.

- Отчитываешь, как жена.

- До жены еще полгода, а вот поругать тебя можно, и даже нужно.

- А как будешь ругать? – довольный как котяра, улыбался Булат, и смотрел на меня горящим взглядом.

Я руками коснулась его груди и принялась медленно расстегивать оставшиеся пуговицы, при этом склонившись и прокладывая дорожку из поцелуев вниз к животу.

- Мамочка, - выдохнула я от красоты и слегка приоткрыла от в изумлении.