Кружевное убийство

София сидела у окна, и по ее напряженной спине Тата поняла: что-то случилось.

– Все в порядке, София Петровна? – робко спросила она, чувствуя, как разрастается в груди мучительная тревога – все ли ладно с Петром Степановичем, здоров ли.

София вздрогнула, словно Тата вторглась в ее мысли, погруженная в которые, она даже не заметила прихода ученицы.

– А, это ты, Таточка! Нет, все в порядке, просто никак отойти не могу. Ты представляешь, у нас в доме вчера случился обыск!

– Что-о-о-о?

– Нет, не обыск, конечно, это уж мне с перепугу так показалось.

У Таты упало сердце и затрепыхалось где-то в пятках, которые даже зачесались от этого ощущения.

– Крест? – промямлила она. – Какой крест?"

"– Да в том-то и дело, что мы не знаем, какой, – в сердцах сказала София. – Говорят, какой-то преступник, убивший человека, дал показания, что взял грех на душу из-за пропажи очень ценного старинного родового креста.

– Конечно, не способен, – горячо повторила Тата, вспомнив лицо Петра Степановича и его слова: «Пойдите вон, милостивый государь».

– Пришли двое полицейских, с отцом поговорили, с нами. Отец рассказал, что некий человек действительно совал ему в руки какой-то крест и твердил про его баснословную стоимость, но он выгнал его и попросил не приставать с глупостями. А мы с матушкой его и вовсе не видели.

– Но почему же полицейские подумали, что крест может быть у вас? – дрожащим голосом спросила Тата.

– Да потому что этот проситель из нашего дома отправился восвояси, а по дороге встретился с истинным владельцем креста и между ними случился спор, в ходе которого один и убил другого. Вот только никакого креста при убитом не нашли, поэтому и заподозрили, что он остался у нас в доме.

– София Петровна, но у Петра Степановича не выйдет теперь из-за этого никаких неприятностей? – замерев от ужаса, спросила Тата.