Кружевное убийство

Я обещал, но закрутился, понимаете?

– Вы имеете в виду, что больше к Бубенцовой не ездили?

– Нет. И когда слух пошел, что труп нашли, я даже на Дарью Степановну не подумал. Какое она имеет отношение к нашим лесам? Поэтому когда нас всех участковый опрашивал, не знаем ли мы, кто мог пропасть, я честно сказал, что нет. Никто у нас в деревне не пропадал, вот ведь какое дело!

– И что заставило вас подумать, что жертвой все-таки может быть Бубенцова?

– Так поехал я к ней, аккурат три дня назад. Мне в город было нужно: за квартиру заплатить, продуктов прикупить.

– Так, может, она вышла куда? Вы же не предупреждали о своем визите.

– Да не могла она никуда выйти! Она вообще из дома не выходит. Продукты ей волонтеры носят. Она по специальному телефону позвонит, списочек оставит, они и придут.

– И все же…"

"Некипелов снова вздохнул.

– Мне Дарья Степановна ключ от своей квартиры дала, – наконец нехотя выговорил он. – Она очень боялась, что умрет и будет в квартире лежать, никем не найденная. Попросила, чтобы я, если когда-нибудь она мне не откроет, сам дверь отпер и все проверил.

– Вам, чужому человеку, которого она видела первый раз в жизни, запросто дала ключ? – с недоверием в голосе спросил Олег.

– Да не заливаю я, – со слезой в голосе ответил Некипелов. – Вот потому и сомневался, идти ли в полицию: знал же, что крайним окажусь. Но я не вру! Вот ни единым словечком. Когда Дарья Степановна мне дверь не открыла, я своим ключом ее отпер и в квартиру зашел. А там…

– Что? – подался вперед Зимин. Рассказ Некипелова не нравился ему абсолютно.

– А там все перевернуто, вот что. Ящики вывернуты, скатерти со столов сдернуты, бумаги какие-то рассыпаны. В общем, искали что-то.

– И давно вас осенило?

– Да третьего дня. Сегодня у нас, получается, вторник, а в город я ездил и к Дарье Степановне заходил в субботу. Сразу надо было в полицию, да не решался я. Вы ведь тоже сейчас думаете, что это я виноватый.

– Я ни о чем подобном не думаю, привык опираться на улики, – сообщил Зимин.