Красное на красном

Да пропади они пропадом, эти четки, хотя… Матильда сама потихоньку спустила почти все свои драгоценности, ей ли пенять Альдо? А брошка все равно надоела.

– Я пришлю вам деньги завтра же.

– Эрэа…

– Барон Хогберд, – принцесса поднялась, и визитер был вынужден последовать ее примеру, – я благодарю вас за оказанную услугу, но дайте мне слово, что больше не станете… – Матильда замялась. Хотелось сказать «лезть не в свое дело», но Хогберд был хоть и поганым, а союзником. – Не станете рисковать своим имуществом ради спасения нашего.

– Мне бы не хотелось…

– Если вы и впрямь служите дому Раканов, просьба бабки сюзерена для вас закон.

– Повинуюсь, эрэа. Клянусь Честью.

Да, Питер Хогберд – Человек Чести. Истинный. По рождению. Только вот честь и рядом с ним не лежала, даже странно, что такой ызарг в родстве с Окделлами.

– Еще раз благодарю вас.

Слава Создателю, убрался… Любопытно, чего он хотел – оказать услугу или заработать? С Хогберда станется выкупить янтарь за двадцать, а «вернуть» за двадцать шесть. Одна радость, в доме завелось приличное вино, хотя вряд ли его хватит надолго.

Поднимаясь по лестнице в башенку, где обитал Альдо, почтенная дама наступила на собственный подол. Раздался треск рвущейся материи. Опять деньги на ветер! Помянув Разрубленного Змея со всеми родственничками по женской и мужской линиям, одним из которых, без сомнения, был Питер Хогберд, принцесса ввалилась к единственному внуку.

Альдо лежал на кровати с книжкой, которую при виде бабки торопливо сунул под подушку.

– Чего хотел от тебя этот боров? – осведомился внук, не простивший Питеру ни его трусости, ни его богатства.

Вместо ответа принцесса бросила на стол злосчастные четки.

– Это удовольствие обойдется нам в двадцать шесть вел.

Альдо присвистнул:

– Я продал их за десять.

– Твою кавалерию! – Бабушка была скорей восхищена, чем возмущена.

– Матильда, я давно подозревал, что Хогберд четверых гоганов проглотит.

– На что тебе не хватало? – поинтересовалась вдовица, усаживаясь на кровать и стаскивая с коротко стриженной головы осточертевший парик.

– На все… Сил не было смотреть, как Робера морковкой кормят. Решил сводить его поужинать.

– Правильно, – с ходу одобрила Матильда, – друзей надо кормить и за все надо платить. Теперь морковку будут жрать все.

– А вот и нет, – рассмеялся Альдо, – мы с Робером разбогатели.