Красное на красном

Предсмертное письмо, если уцелеть, покажется глупым и смешным. Если его убьют, а он напишет то, что всегда пишут живые, Мэллит запомнит его глупым и бодрым. Нет, не нужно никаких писем, а дарить ему нечего, разве что Клемента, но Ламброс его не довезет, его крысейшество удерет от кого угодно. Робер протянул наемнику руку.

– Я не стану писать, но если вы сообщите принцу и принцессе Ракан, где и когда меня видели, я буду очень признателен.

– Я напишу, что ни разу не встречал такого благородства и такой глупости! – засмеялся Ламброс.

Друг? Пожалуй, да. Гайифец, как и все гайифцы, сначала думал о деньгах, потом о себе и лишь в третью очередь о друзьях, но был по-своему честен.

Незаметно подошедший Мильжа смотрел в спину Ламбросу отнюдь не с нежностью.

– О чем с тобой говорил этот ызарг?

– Уговаривал ехать с ним.

– Ты отказался, – с удовлетворением сказал бириссец.

– Да.

– Значит, будешь моим гостем. Мы сейчас едем в Те́кку. Это моя деревня, там живет отец моего отца.

– Ты решил оставить казара?

– Нет, хотя его сердце сделано из помета. Молодой Луллак был бы лучшим, но он не готов освободить свой дом от гнили. Адгемар хочет говорить с нашим народом. Ему нужны люди, и мы выслушаем его слово. У нас довольно мужчин, чтобы мстить своим врагам, кормить своих женщин и продолжать свой род. Дети Козла встретят весну, но не увидят лета.

Глава 6

Сагранна и Кагета

398 год К.С. 7–8-й дни Осенних Ветров

1

Это было сказкой – прозрачные озерные глубины, черные прибрежные скалы, изумрудная зелень горных елей, снежные пики, закрывающие горизонт.

– Барсовы Очи меньше остальных озер.