Красное на красном

 – То есть где ваше милосердие, герцог? За что?

– Рокэ, – бросился в бой молчавший до этого Вейзель, – пора заканчивать с этой шуткой! Осел свое получил, но издеваться над таинством исповеди грех.

– А вот перевязь с него надо снять к кошачьей матери, – весело добавил Савиньяк. – Пусть походит в полковниках, полезно…

– Нет, господа, – голос Проэмперадора был совершенно спокоен, – я не шутил, такими вещами не шутят. Оскар Феншо умрет, это лучшее, что он может сделать.

– Но он же совсем мальчишка! – Вейзель явно не верил собственным ушам.

– Что ж, значит, ему повезет умереть молодым, я могу ему лишь позавидовать, мне это не удалось!

– Я согласен, что молодой Феншо виноват. Он ослушался приказа, чуть не погубил пошедших за ним людей и не погиб сам, но намерения у него были самые благие. Молодость горяча, он устал от бездействия, ему хотелось подвигов. Кроме того, за Феншо охотно идут люди, и со временем…

– Если б люди за ним не шли, – холодно заметил Алва, – еще можно было бы раздумывать, но они идут.

– Изрядно сказано, – вмешался епископ, – токмо судящий о грязи на чужих сапогах должен почаще взирать на свои. Сколько раз, Рокэ, нарушали приказы вы?

– Право, не помню. Но, ваше преосвященство, нарушая приказы, я вытаскивал своих генералов и маршалов за уши из болота, в которое они влезали по собственной дурости. Если б у Феншо хватало ума нарушать приказы и побеждать, он стал бы маршалом, а так он станет покойником.

"– И малая жестокость бывает плотиной на пути кровавой реки, – пробормотал Бонифаций. – Что ж, «и пошел он напутствовать оступившегося, дабы миновала его бездна страшная, бездна пламенная, бездна закатная…».

– Подумать только, – вздохнул, проводив аспида взглядом, Вейзель, – ему когда-то прочили кардинальскую шапку… Рокэ, и все же вы не правы!

Проэмперадор не ответил, только медленно поднял голову и посмотрел в глаза артиллеристу.

– Ро́сио, – Эмиль Савиньяк откровенно волновался, – нельзя же так… Ты же сам все затеял. Раззадорил этого дурака, встал у этого клятого оврага, ты ведь знал, что он в него сунется… Ты сделал из Феншо… сделал…

– Подсадного поросенка, – подсказал Проэмперадор. – Да, сделал и поймал, кого хотел. Ну и что?

– Это бесчестно, – вздохнул Вейзель.