Красное на красном

К утру в голове воцарилась мысль – найти эра Августа и спросить. Немедленно найти и спросить! Герцог Окделл мог думать лишь о королеве. Печальная юная женщина в роскошном тяжелом платье неотступно стояла перед его мысленным взором. Пестрый жизнерадостный город со всеми его торговцами, служанками, диким виноградом на стенах, яркими вывесками, церквями, дворцами и фонтанами не мог отвлечь от короткой вчерашней встречи, и тем не менее Дикон не заблудился.

Трехэтажный приземистый особняк живо напоминал своего хозяина – надежный, неброский и вместе с тем внушительный.

– Молодой господин! Постойте… Молодой господин!

Дикон оглянулся.

– Что такое?

– Молодой господин, вас просят…

Дик, уже ничего не понимая, повернул коня. Давешний привратник встретил его потерянным взглядом, но калитку распахнул, передав гостя с рук на руки конюху и лакею. Первый принялся успокаивать раздраженного Баловника, второй препроводил юношу в мрачноватую комнату, чем-то напоминавшую залы Надора. Кансилльер не нуждался в показной роскоши.

– Рад тебя видеть, мой мальчик!

– Эр Август… Вы дома?!

– Для всех меня нет, но не для тебя… Я случайно заметил твоего коня и послал слугу.

– Но… Мне очень нужно с вами поговорить… А во дворце не получилось."

"– Конечно, мы поговорим, – вздохнул Штанцлер, – а во дворце и не могло получиться. Я кансилльер, ты – оруженосец. Если б ты не приехал сегодня, я нашел бы тебя завтра. Давай договоримся таким образом – ты обращаешься ко мне лишь в самом крайнем случае.

– Простите, эр Август.

– Все в порядке, Дикон. Как тебе понравился дворец и их величества?

Дворец? Их величества? Катарина Ариго и мерзкий толстяк, берущий ее за руку?! Кровавая звезда в руках маршала… Кровавая звезда на шее королевы.

– Эр Август… А правда, что… что ее величество и… Ну, говорят, Рокэ Алва…

Кансилльер внимательно посмотрел на Дика и вздохнул.

– Иногда мне хочется придушить твою мать, хоть она и замечательная женщина.