Красавица и чудовище

Вы готовы перестать потакать своему отпрыску?

Алекс задал, пожалуй, главный вопрос, которого ожидал Сергей. Он любил сына и готов был на все ради его блага. Сейчас же искренне верил, что поступает правильно, давая ему путевку во взрослую жизнь. Когда-нибудь тот поймет и поблагодарит.

– Я готов предложить вам сделку. Вы беретесь за моего сына, взамен я решаю вашу проблему и с долгом, и с Красновым в целом. Но по-своему, в зависимости от тяжести его грехов, о которых вы мне, естественно, поведаете.

– Я согласен.

– Теперь пообедаем? – Сергей взял папку меню. – И обсудим детали.

– Не откажусь. – Алекс последовал его примеру, хотя есть не хотелось совершенно. Простуда давала о себе знать неприятным першением в горле. Выбрав легкие блюда, он сделал заказ и откинулся на спинку в ожидании продолжения разговора.

***

Услышав звонок в дверь, Максим нехотя оторвался от просмотра очередного сериала и поднялся с дивана.

– Краснов? – без предисловий начала она и, не дожидаясь ответа, уверенно шагнула в квартиру.

Макс слегка опешил от такой наглости, но что-то в глазах гостьи не позволило грубо послать ее в известном направлении.

– Чем обязан? – сухо поинтересовался он, чувствуя себя хозяином ситуации. Хрупкая фигурка не внушала опасности, что позволило расслабиться.

– Мне нужны паспорт Лизы и свидетельство о рождении Жени, – спокойно ответила она и осмотрелась, оценивая возможные варианты действий.

– С чего ты взяла, что я тебе их отдам? – Максим заметно занервничал, но все еще пытался сохранять невозмутимость. – Ты вообще кто такая?

– Кравец Маргарита Викторовна, – усмехнувшись, представилась она, достала свою визитку и, засунув ему за шиворот, грубо напомнила: – Я жду.

– Пошла отсюда нахер, – рявкнул Макс и распахнул дверь. – А ей передай, что ничего она не получит, пока не выполнит наш уговор.

– Ты, кажется, не понял. – Марго лениво растягивала слова, словно играя с ним в кошки-мышки. – Я пришла сюда за документами и получу их во что бы то ни стало. Отдай по-хорошему, и я уйду.

– Еще чего! Совсем уже охерели.