Красавица и чудовище

– Он тебя бил? – напряженно поинтересовался Алекс и рефлекторно сжал кулаки. От ответа мальчика сейчас зависело очень многое. Не дай бог Краснову дотронуться до его сына…

– Пока нет…

– Что значит «пока»? – Ждал ответ и, казалось, совсем не дышал. Сердце оглушающе громко бухало в ушах, перебивая все возникающие мысли.

Женя не ответил, лишь равнодушно пожал плечами.

– Я все решу, – с готовностью пообещал Алекс, уже зная, как донесет до Макса основную идею его существования на этой планете.

– Спасибо, не надо, сам разберусь.

– Почему? – устало выдохнул Алекс и потер ладонями лицо. Все запуталось до невозможности. Со всех сторон окружали какие-то интриги и подковерные игры. Он не привык к этому – обычно действовал прямо и решительно, просто давил своей силой и могуществом. А сейчас терялся – приходилось со многим считаться, подстраиваться, опасаться удара в спину. Словно попал в серпентарий со змеями, где каждая норовила ужалить.

– Ты говорил, что я могу звонить тебе в любое время и ты мне поможешь, – напомнил Женя, решив, как и просил Алекс, выяснить все до конца.

– Так и есть. Я не отказываюсь от своих слов.

– Я звонил тебе! – воскликнул мальчик, плохо скрывая отчаянье в голосе. – Ты просто не взял трубку!

Этот момент навсегда остался в его памяти. Неподвижное тело матери, кровь и монотонные гудки в телефоне. Он сильно испугался и искренне нуждался в поддержке, а Алекс бросил его в самый нужный момент.

– Жень, да я просто не слышал, – попытался оправдаться, хотя понимал, что мальчик прав.

"– Я и сейчас не хочу. – Мальчик нацепил шлем, давая понять, что разговор окончен. – Мне пора.

– Хорошо, может, поговорим после тренировки? – предложил Алекс, предпринимая еще одну попытку помириться с сыном.

– Мне некогда, до свидания.

Он прошел мимо и уже через несколько секунд вышел на лед и смешался с толпой хоккеистов.

***

– Да твою ж мать, – громко выругалась Элис и швырнула телефон на приборную панель.

За двадцать минут так и не смогла дозвониться до Алекса, как ни пыталась. Он тупо не брал трубку, словно специально издеваясь над ней.